Порочная слабость

– Скажи, Аделина, я неясно выразился? – нарочито спокойно, вкрадчиво произнес Алексей Сергеевич.

Огромным усилием воли заставила себя стоять, не отводить взгляда и не показывать, насколько мне стало вдруг страшно. Заверин – не глупый Тоша. Он даже не Кирпич, которого можно провести, заболтать, отвлечь. Заверин – Зверь, от которого я вряд ли скроюсь, если он решит открыть на меня охоту.

– Ты – моя собственность, Аделина! – хлесткие слова, сказанные четко и громко.

Огромной скалой мужчина навис надо мной.

Он все еще держал руки в карманах, а я уже интуитивно сжалась, предчувствуя скорый удар.

Кажется, без синяков и переломов мне не выйти из этого помещения.

– Моя собственность! – еще громче рявкнул Заверин, а я вздрогнула.

Не выдержала натиска. Зажмурилась, в ожидании наказания за побег.

Крепкая рука стремительно дернулась. Пальцы вцепились в волосы, заставляя вскинуть голову и смотреть теперь уже в разгневанные глаза. В них бушевал ураган. И он ничего хорошего мне не предвещал.

Вторая ладонь обхватила мое лицо, сжала скулы. Не больно, но крепко. Не вырваться. Да я и не пыталась. Бесполезно. Все равно достанет.

– Любишь показывать характер? – прищурился Зверь, сверля взглядом мое лицо.

По моей спине промчался опасный ледяной холодок. Нутром чувствовала, сейчас на меня обрушится гнев Заверина.

Не ошиблась.

Зверь скользнул взглядом по моей одежде. Недовольно скривился, словно я была завернута в бомжовские обноски.

Подумаешь, широкая футболка Тоши закрывала все, что можно. Зато удобно. Не трет нигде. Не давит. Шикарно ведь!

Алексей Сергеевич ухватился за ворот крепкими пальцами и дернул в разные стороны. Футболка с жалобным треском порвалась, куски ткани Заверин брезгливо отшвырнул на пол. И прищурился, когда понял, что я осталась в майке.

Мне капец! Полный и безоговорочный!

Так решила я, когда Зверь медленно протянул руку к ремню на своих брюках.

– Только не насилуйте! – пропищала я.

Заверин застыл, застегнутая ширинка радовала. До определенного мгновения, пока обжигающий взгляд не вернулся к моим испуганным глазам.

– Насиловать? – переспросил Зверь хрипло. – Ты, девочка моя, сама раздвинешь ноги.

Так и хотелось выкрикнуть: Да бред!

Но промолчала. Заверин вновь обхватил рукой мой затылок. Дернул на себя, заставляя буквально впечататься в его широкую грудь.

Дыхание сипло вырвалось из моих легких.