По твоим следам

Безошибочно выделяя нужные ароматы.

Ничего. Даже намека на аромат Зари. Потому и зверь молчал. Потому и метка жгла огнем.

А ведь и не распознать на расстоянии. Казалось, будто убийца намеренно смыл природный запах девушки, заменив его чем-то более сильным.

– Узнай, что это! – скомандовал Тихомир, указывая на салфетку в руках Дима.

А на белоснежном клочке помимо темных разводов от грязи и красных от крови, присутствовали и светло-зеленые пятна. Должно быть, именно эта субстанция отбивала аромат, чем и ввела в заблуждение Вольновых.

Да, этой девушкой была не Заря. Но только волнение никуда не исчезло.

– Вашу мать! Почему я не могу найти мою истинную в этом гребаном городе?! В МОЕМ городе?! – зарычал, теряя терпение, Тихомир так, что испарились, кажется, все звуки. Словно весь район погрузился в вакуум.

– А если ее нет в городе? – вдруг предположил Радмир. – Ее нет здесь, вот и найти не можем.

– Тогда, где же она? – нахмурился Дим, а Тихомир пристально рассматривал мертвую девушку, сидевшую на скамейке и так поразительно похожую на его Зарю.

– Выясните, кто она. И позаботьтесь о достойных похоронах, – коротко скомандовал Вольнов братьям, – И найдите мне урода, решившего поразвлечься на моей территории!

Глава 7

Радмир двигался почти бесшумно. Почти. Понимал, что человек его не услышит, а вот хищник – запросто. Потому Вольнов и балансировал на этой грани, двигаясь в сумерках вслед за девушкой.

Что-то странное было в ней, этой хищнице, старательно пытавшейся слиться с человеческой массой.

Но Радмир четко чуял: она не человек.

Подружка Зареты Иртановой жила через стенку от исчезнувшей пары Тихомира. Работала в захудалом училище, преподавала мелюзге русский язык.

Радмир ухмыльнулся, вспомнив, как звонил этой странноватой дамочке, а та отказалась от встречи с ним.

Однако Вольнов не привык к отказам, да и ситуация не терпела расшаркиваний и прочей тягомотины.

А квартиру Зари люди Радмира уже перевернули дважды, ни следа девчонки. Тихомир и сам побывал у пары в гостях. А у Радмира заныло где-то под ребрами, так жаль было брата, когда он видел его загнанный взгляд. Более того, волна звериной силы исходила от вожака такой мощи, что невольно хотелось скулить. Словно Тихомир напрямую вмешивался в связь между хищником и его зверем.