По праву твоего рождения

Вольнова предпочла осмотреться, чем размышлять над мыслями монстра. Дарьяна четко понимала одно: он беспрекословно слушается ее. И, кажется, этот факт был ей на руку.

Стены, облепленные паутиной, подсказали, что много лет здесь никого не было. А вот уходили в спешке. Под ногами Дарья обнаружила обломки и какие-то тряпки.

Дашка не понимала, где они оказались. Но место вызывало неприязнь и страх. Сам воздух был пропитан болью. Чужой, но настолько сильной, что, кажется, царила здесь по сей день, даже спустя годы после того, как пещера опустела.

Даша начала осматриваться в полумраке, разбавленном тусклым светом из крохотного окна, больше похожего на дыру.

Сделала несколько шагов. Наткнулась на дряхлый, покрытый грязью и толстым слоем пыли, стол. В центре стояла лампа, и, кажется, где-то под ногами Дарья заметила спички.

Повезло, коробок, пусть и рассыпался от старости, а найти уцелевшую спичку и зажечь огонь получилось.

Свет лампы отбросил блики на корявые, уродливые стены. И теперь Дарья увидела, что в углу помещения – прогнивший тюфяк.

Дарья чувствовала, что Дикий просто стоит в центре этого крохотного склепа. Рычание стихло, но и возвращать облик мужчины демон не спешил.

Дарьяна вдруг поняла, что проваливается в чужие эмоции. «Видит» все, что творилось здесь, в этом то ли доме, то ли склепе. И ей показалось, что жил здесь ребенок.

Маленький мальчик. Лет десяти.

Даша прижала ладонь к столу, словно пыталась впитать те эмоции, из прошлого.

Реальность перестала существовать. Были только эти же стены. Но немного другие, без паутины, однако не менее страшные, давящие, угнетающие.

И был мальчишка, который, точно пугливый волчонок, вжимался спиной в самый дальний угол, отчаянно пытаясь спрятаться. Но прятаться было негде.

За ним пришли.

Звук тяжелых шагов отозвался в сознании Дарьяны ледяным холодом и цепкими щупальцами страха.

– Твоя очередь, щенок!

– Нет! Не хочу! Не буду!

Этот звонкий детский голос ударил Дашку в самое сердце, разбивая на сотни острых осколков. Девушка видела, как мальчуган сопротивлялся, кусался, царапался, пытался ударить, только бы взрослые и сильные хищники не утащили его за собой.

– Ненавижу вас! Ненавижу! Убью вас всех! Убью!

Даша слышала, как детский голосок отскакивал эхом от стен коридора. А потом все стихло.