Расплата за риск

Разумеется, она не собиралась мыться в этом источнике антисанитарии, где нужно было раздеваться в жутком холоде, мыться в непонятном тазике, а потом еще и бежать по сугробам в дом. Сомнительное удовольствие, по мнению Фарт.

Одна радость – дрова уже были готовы, оставалось всего лишь впихнуть их в квадратное отверстие печи и поджечь. Что Джульетта и сделала, предварительно плотно прикрыв за собой двери.

В процессе укладки дров девушка умудрилась загнать занозу в подушечку указательного пальца, в очередной раз посыпать проклятий на голову Злодея и наглотаться дыма.

Отчего-то противный черный дым валил прямо в помещение, и никак не собирался исчезать в трубе. Но Джульетта решила, что непременно докажет своему высокомерному похитителю, что вполне способна справиться с какой-то там баней. И все интенсивнее махала газеткой, которую использовала для розжига огня.

О том, что процесс пошел не так, как нужно, Джульетта начала подозревать, когда в горле запершило, голова закружилась, а ноги вдруг стали ватными.

Жу-жу принялась обмахивать лицо вместо разгоревшихся поленьев. Комната покачнулась, и последним, что смогла разобрать девушка, оказался стремительно приближающийся пол.

* * *

Джульетта никогда еще не испытывала такого страха. Кажется, будто она попала в эпицентр самой жуткой и неконтролируемой стихии. И не было ни единого намека на спасение.

Нет, не кажется. Все было реальным. Со всех сторон ее окружал огонь. И не хватало сил ни на что.

Джульетта поняла: это конец. Никто не придет к ней на помощь. Никто не спасет. Жертва похищения скончалась в пожаре. И вполне возможно, что после нее не останется следов.

Крепкие руки выдернули ее обессиленное тело в самый последний момент. Когда деревянные брусья старенького строения грозили вот-вот обрушиться на нее.

Свежий морозный воздух готов был ворваться в легкие, которые уже практически отказались работать. Но Джульетта, даже понимая, что от одного единственного вдоха зависит вся ее жизнь, не могла сделать его.

– Дыши, идиотка! – вдалеке рычал знакомый голос.

Но Джульетта продолжала тонуть в черном дыме. Боли уже не было, только тяжесть во всем теле, словно целая гора навалилась на ее хрупкое обессиленное тело. И эта гора продолжала рычать и что-то требовать от нее.