Страсть майора Тереха

Но в присутствии Терехова Тома нервничала. Необъяснимо. И как бы ни старалась, веской причины отыскать не могла.

Нет, она не боялась этого мужчину. Понимала, что рядом с ним в безопасности. И на каком-то интуитивном уровне верила ему.

Но нервничала. Не могла никак выдохнуть и расслабиться. Потому и пыталась занять себя готовкой и уборкой.

После завтрака перемыла всю кухню, потом поднялась в спальню. Помимо кровати и шкафа в комнате имелось кресло, которое Тома придвинула к окну и приступила к уборке.

В процессе наведения порядка Тамара думала, что будет дальше.

Простая физическая работа помогала прочистить мозг. Понятно, что отец, вмешавшись, либо уже решил ее проблему, либо как раз на пути к решению.

Полковник Головин, как правило, не растягивал дела на месяцы или годы. Тогда же зачем ей торчать здесь вместе с майором целых три недели?

Тамара планировала позвонить отцу и переговорить с ним лично. Но почему-то оттягивала разговор.

Да и отношения у нее с отцом были, мягко говоря, натянутыми.

Нет, она никогда не ссорилась с единственным родителем. Не конфликтовала. Просто не было у них доверительных отношений. Да и обида теплилась в сердце юной девушки. Обида на отца. На то, что не забрал ее с собой после смерти матери. Оставил с теткой.

Тома настолько погрузилась в собственные мысли и размышления, что очнулась, лишь когда закончила мыть пол на лестнице. Мыть пришлось руками и тряпкой, без всяких швабр и новомодных пылесосов, которых, Тома была уверена, в доме полковника отродясь не водилось.

Ну да ладно. Тома была рада физической нагрузке. И даже слегка вспотела. И прядки волос выбились из пучка, прилипли ко лбу и вискам.

Когда лестница засияла чистотой, Тома разогнулась и удовлетворенно взглянула на плоды своих трудов. И поняла, что в кухонной зоне сидит майор.

И взгляд у Тереха тяжелый, свинцовый, неподъемный какой-то. У Томы даже волоски на затылке зашевелились от этого взгляда.

Нет, не жуткого и страшного.

Волнующего и волнительного. Будто майору хотелось просверлить дыру во лбу у Томы.

– Я думала, ты на улице, – зачем-то произнесла Тамара, глядя на Тереха.

Тот стоял, упираясь бедром в столешницу. А в руках держал бутылку с минералкой. То ли пить собрался, то ли поставить в холодильник.

Взгляд Кирилла изменился. А Тома вдруг ощутила потребность сбежать. Интуитивно. На инстинктах. Будто взгляд Терехова ее предупреждал, что нужно максимально быстро оказаться наверху.

Конечно же Тома не прислушалась.