Страсть майора Тереха

Заварила, – пожала плечом Тома.

Кир пристальнее взглянул на темную жидкость. Нет, ему только этого не хватало. Томка и вправду ведьма. Сначала приворожила его своими глазищами, потом кулинарными изысками, теперь, вон, травками привязала. Терех всерьез полагал, что завтра и вздохнуть не сможет без мыслей об этой кукольной ведьмочки.

– Надеюсь, не сильно запрещенных законом? – хмыкнул Терехов.

– Сомневаюсь, что у отца водится что-то запрещенное! – рассмеялась Тамара.

Лавочки во дворе не было. Вернее. Была в саду, а вот прямо у входа в дом сесть можно было только на крыльцо.

Терех, как истинный джентльмен, собрался уступить место даме. Однако дама его опередила. Села рядом. Места оказалось предостаточно. Еще и две кружки можно было поставить между Киром и Томой.

Терехов старался не смотреть на девчонку. Но было дико любопытно. Нет, он ее рассмотрел же уже со всех сторон и ракурсов. Изучил. Запомнил.

А вот так, чтобы тесно-тесно, и даже слышно, как Тома размеренно дышит – впервые. И пахнет чем-то пряным и сладким.

Терех отвернулся. Твою мать! Мать твою! Кажется, теперь он точно вляпался. Увяз в этом сиропе. В Томе увяз.

– Вкусный чай? – никак не замолкала девчонка.

Терех прикидывал, что будет, если он прямо сейчас схватит Томку за плечи, рванет ее на себя, усадит на колени, прижмется ртом к нежным розовым губам. Определенно, произойдет катастрофа вселенского масштаба. Он же не удержится. Разложит девчонку прямо на крыльце со всеми вытекающими и долгоиграющими последствиями.

А этого никому не нужно. Меньше всего Тереху нужны проблемы. И даже ведь дело не в Бате. Терехов не боялся непосредственного начальника. Уважал, да. А вот страха не было.

Словом, Терех понял, что рубить необходимо прямо сейчас. Иначе потом будет совсем поздно.

– Сойдет. Иди в дом, Тамара Егоровна. Тебе спать пора, – ровным голосом отчеканил Терех.

Он отвернулся. Видел, что девчонке не особо понравился тон. Но деваться ведь некуда.

Странно, что спорить она не стала. Встала, подхватив кружку. И скрылась в доме за дверью. Кир, кажется, слышал, как малышка поднимается по лестнице. Чувствовал ее недовольство. Но был ей признателен за то, что она послушалась.

Удивительно, конечно. И не вполне ожидаемо. Потому что Тома и беспрекословное подчинение – абсолютно разные понятия.

Запрокинув голову, Кир взглянул в окна второго этажа. Зажегся свет.

Майор посидел еще немного на крыльце.