Табу на любовь

После неудачного знакомства с женихом сестры я увлеклась рутинными делами. И образ светского мажора поблек в сравнении с такими важными делами, как купание Сумрака в условиях моей довольно скромной ванной.

Далее – готовка. Я не любила питаться вне дома, и поэтому запасалась едой каждые выходные и на всю неделю, чтобы не думать о приготовлении ужина после изнурительного учебного и рабочего дня.

Нет, я обожала свою работу. Но она отнимала слишком много физических и душевных сил. И вечерами меня хватало только на прогулки с Сумраком и телефонные разговоры с бабулей.

С другой стороны, благодаря работе, у меня не оставалось сил на глупые мысли и бесполезные занятия.

Перед сном Сумрак, не заботясь о том, чтобы не помешало бы получить от меня разрешение, забрался на кровать и устроился рядом. Острые уши настороженно торчали. А умные карие глаза смотрели в ожидании.

Я почесала пса за ухом. Массивная голова добермана тут же оказалась на моем животе.

– Приятных снов, малыш, – заворковала я.

Сумрак зевнул, демонстрируя клыки, лег удобнее и затих.

С таким охранником мне было спокойно и не одиноко. И я крепко проспала всю ночь.

* * *

А утром я поняла, что в мире есть сволочи, для которых по щелчку пальцев рушатся любые преграды.

Еще до звонка будильника в мою дверь настойчиво постучали. Сумрак настороженно прислушался, а я с таким охранником не побоялась провернуть ключ в замке, даже не взглянув в глазок.

– Доброе утро, Мария Геннадьевна, – осторожно произнес участковый полицейский, ответственный за порядок в нашем районе.

Обращение меня несказанно удивило, поскольку молодой человек жил в нашем доме, но этажом ниже. И мы вот уже четыре года по-приятельски общались.

– Доброе, Валерий Петрович, – кивнула я, поддерживая выбранный тон общения. – Чем могу помочь ранним утром? Кофе не предлагаю, у вас давление. Но есть замечательный чай.

– Разрешите войти, Мария Геннадьевна? – столь же вежливо поинтересовался сосед.

– Входи…те, – улыбнулась я.

Сосед вошел, прикрыв за собой двери. Вздохнул, поправил форменный галстук на шее.

– Ратти, – начал молодой человек еще раз, – на Сумрака нажаловались. Просят принять меры.

– Чего?! – возмутилась я. – Да он душка!

– Ну, он же не болонка, сама понимаешь, – так же тихо продолжил Валерий. – Начальство велело найти повод, чтобы пса забрала служба отлова.