У любви свои законы

Арсений поставил меня в коридор квартиры, вручил коробку конфет, перешагнул через разбросанные на полу цветы и, не оглядываясь, ушел.

Закрыв дверь, привалилась к ней спиной, прижимая конфеты к груди. Села на пол, подтянув колени и уткнувшись в них лбом. Что же мне делать теперь?

Почувствовала теплую ладонь на голове. Услышала тихий вздох. Олег сел около меня.

– Что случилось? – тихо спросил он.

– Ничего, – ответила я, чувствуя, как на глазах появляются слезы.

– Арсений приходил, – спокойно сказал Олег.

Промолчала.

– Ева, точно все в порядке? – не унимался друг.

– Я разберусь, – сказала я, и, встав с пола, пошла в ванную комнату.

Глава 3

Зарина

Ночь. Темный переулок, тускло освещаемый только светом полной луны. Едва слышны звуки веселящейся толпы. Кто-то кричит, кто-то смеется. Чувствую нежные руки на своей спине. Обернулась. Клим смотрит на меня, улыбается, что-то говорит. Не слышу. Прошу повторить. Он хмуриться, смотрит куда-то за мое плечо. Одной рукой прижимает меня к своей груди, прикрывая голову.

Резкое движение руки, и пистолет в его ладони. Развернувшись в пол-оборота, закрывает меня собой. Рука вытянута. Одним движением пальца снимает пистолет с предохранителя. Я зажмурилась, ожидая выстрела. Тишина. Все кругом стихло, даже смех и крики. Почувствовала, как Клим дернулся. Мои руки, крепко обнимавшие его за спину и талию, оросились тягучей, горячей, липкой жидкостью. С ужасом понимаю, что это кровь. Его кровь. Поднимаю свое лицо к нему. Вглядываюсь в глаза. Слышу стук упавшего на асфальт пистолета. Клим неестественно наклонившись, заваливается на землю. Стараюсь подержать его, но сил не хватает. Падаю на колени. Судорожно глажу его лицо ладонями.

– Прости, – одними губами шепчет он. Целую его губы, стараясь передать частицу тепла.

– Нет! – кричу, видя, как его глаза тускнеют, и жизнь медленно покидает его тело, – Не умирай!

– Нет! – еще громче кричу, хватаясь за его ладони, лицо. Обхватив голову руками, прижимаю к своей груди, – Не уходи!

Сквозь туман услышала, как дверь со стуком открылась и хлопнула о стену.

На пороге возник Клим, глаза бешенные, в руке пистолет, волосы взъерошенные.

Всхлипнула, не удержалась, начала рыдать.

– Зарина? – хрипло сказал он, подходя к моей кровати. Почувствовала, как прогнулся матрас под его телом, – Опять мама?

Было страшно открыть глаза и увидеть на его лице жалость к себе. Пусть думает, что снится смерть мамы. Так легче.