Война по соседству

 – Ты своей машиной сбил мою рекламную доску!

– А вы бы рекламу делали больше, наставили там хрен понять что! У меня карты меню и то прочнее! – скривился Лука.

– «Хрен понять что», как ты выразился – я привезла из Европы! – ткнула я пальцем куда-то в район груди собеседника. – Это, между прочим, бесценный антиквариат!

– Вот и я говорю: приперла рухлядь из своей Европы! – хохотнул наглец. – И пироги подменила! Признайся, таким образом ты выражаешь мне свою симпатию?

– Держи карман шире! – взвилась я. – Да ты – самый отвратительный человек на свете! Самый ужасный в мире мужчина, страдающий полным отсутствием вкуса! Самый невоспитанный грубиян!

– Согласен.

– Рррр! Ненавижу! – прорычала я, а мужской смех стал только громче.

– Кузьмич, скажи, разве это не любовь? – хохотал Демоненко, а я злилась еще больше.

– Пироги были лимонные! Плати по полной! – рявкнула я и стремительно покинула кухню врага, напоследок громко хлопнув дверью.

Эффект получился смазанным. Доводчики на двери работали исправно. И громкий хлопок, по сути, вышел тихим щелчком.

– Ты договоришься, Лука Ильич! – шипела я, преодолевая небольшой переулок до своих владений. – Чиполлино несчастный!

* * *

Глава 3

– Зря ты так, – хмыкнул Кузьмич, когда за девчонкой закрылась дверь.

– Сама напросилась, – отмахнулся я от слов шеф-повара. – Будет знать, что не стоит грубить взрослым дядям.

– Как прошли переговоры? – перевел тему старый друг.

– Пока что старик упирается. Но ничего, и не таких ломали, – заявил я и подошел к холодильнику, где совсем недавно спрятал тот самый лимонный пирог. И как у девчонки получается, что каждый раз не могу оторваться, пока все не съем?

Кузьмич сокрушенно покачал головой. А я невозмутимо доедал пирог. Вернее то, что от него осталось.

– Думаешь, она все-таки решится меня отравить? – задумчиво поинтересовался я у Кузьмича.

– Вполне возможно. Если поймет, что ты умудряешься стрескать почти весь заказ из «Изюминки» в одиночку, – предположил друг.

А я вздохнул, глядя на коробки, которые официанты отнесут в зал. Да, жаль, конечно, но больше в меня не влезет.

– Боюсь даже прогнозировать ее реакцию, когда она узнает о переговорах, – поделился опасениями с Кузьмичом.

– Ты? Боишься? – не поверил друг и рассмеялся, увидев мою кислую физиономию.

Выбросив пустую коробку от пирога, покинул рабочее место Кузьмича.