Укротить ураган

Тарас только покачал головой. Нет, эту ночь он запомнит надолго. Ночь странных открытий и неожиданной компании.

* * *

Глава пятая

Нерешительное

Казалось бы, Иветта проспала минуту. Только закрыла глаза, а уже наступило утро, и в спальню, гостеприимно отведенную ей на ночь, бесцеремонно ввалился хозяин дома, сверкая обнаженным торсом и красивой мускулатурой.

– Прааааздник к нам приходит! – весело пропел Вольных, бесцеремонно падая поперек кровати на спину.

Иветта едва успела убрать ноги, чтобы парень их не придавил.

– Совсем дурной, – пропыхтела Ива и закрыла глаза, – Спать хочу. Отвали.

– Новый год наступил! – поставил Тарас девушку в известность, – Хватит спать, пойдем на озеро!

– Ты не падал с кровати? – Ивка приоткрыла один глаз, а потом вновь его закрыла, – Не отвечай. Вижу, что падал. Сколько раз? Ладно, сама угадаю. Не меньше трех!

Вольных громко рассмеялся, а потом зловеще произнес громким шепотом:

– Не встанешь сейчас – буду домогаться.

Оба глаза Иветты в одно мгновение открылись, и вся сонливость улетучилась. Шуховской хотелось провернуть две вещи: как следует пройтись своей магической битой по милой физиономии полубога, и, как ни странно, поддаться на провокацию и остаться под одеялом. Просто из любопытства, посмотреть, оценить, так сказать, «взрослые домогательства».

– Свали-ка, друг сердешный, – пропыхтела Иветта, вспоминая, что спать она легла в футболке, милостиво предложенной ее похитителем.

– С чего вдруг? – заулыбался Тарас, переворачиваясь набок, – Имею право взглянуть на свои владения.

Его хитрые глаза, блеснувшие синевой, мазнули по недовольному личику девчонки, а потом и спустились ниже, угадывая очертания женской фигуры.

Иветта прищурилась, понимая, что он ее провоцирует, но и сдержаться не смогла.

– Здоровья хватит? – холодно поинтересовалась девушка.

– Очень хочется рискнуть, – миролюбиво и жизнерадостно ответил Тарас и, будто не замечания колкого и полного угрозы взгляда девчонки, потянул за край одеяла, под которым спала Ива.

– Смотрю, у тебя есть запасная челюсть, – голос Иветты звенел от гнева и ярости, а пальцы подрагивали от желания сжать их на горле блондинистого наглеца, – И лишние почки.

– Брось, я тебе нравлюсь, – улыбался Тарас, словно намеренно зля девчонку и гуляя по краю ее терпения.

– Охреневшая блондинка! – рявкнула Ива и, размахнувшись, бросила в нахала подушку.