Перевоспитать охламона

Но настроение не падало, а наоборот, казалось бы, рыжеволосая пигалица заряжала всех окружающих своим позитивом.

– Вы знаете, – весело щебетала Груня очередному клиенту, – А у нас чудный осетр нынче. И котлетки вышли просто восхитительные.

И клиент, даже самый привередливый, не мог устоять перед такой обворожительной и открытой улыбкой.

– Грушенька! – пробасил Михалыч, когда девчонка уже по привычке влетела на кухню с грязной посудой, собираясь забирать готовые блюда, – Сливай бараньи ребра.

– Оки-доки! – крикнула Груня и подмигнула.

А спустя час от приготовленных ребрышек у Михалыча остались одни воспоминания. Мужчина одобрительно кивал, а Вовчик подмигивал.

– Странный клиент просит стейк «Рибай» с кровью и окрошку, – в очередной раз, влетая на кухню, отчиталась Груня, – я его уговаривала на барашка, а он ни в какую!

Михалыч застыл и обернулся.

– Что за клиент, Грунька? – прищурился мужчина, – В зале кто?

– Вовчик в VIPе, Сеня на ресепшене с хостесом виснет, – без задних мыслей слила Груня начальство, – Сказал, этого чудака мне взять.

– А Васька? – напряженно спросил Михалыч, подходя к дверям и заглядывая в зал через окошко.

– Василий Павлович? – переспросила девушка, – Нет, вышел куда-то. Ладно, я помчалась, хлебную корзину относить.

И прежде, чем Михалыч успел остановить пигалицу, она уже умчалась в зал с корзинками свежей выпечки.

– Сейчас я тебе покажу, стейк «Рибай» с кровью! – пробормотал мужчина, возвращаясь к своему столу и присматриваясь к кухонным тесакам.

А Грунька, порхая и улыбаясь клиентам, вновь вернулась к чудаковатому типу, не вызвавшему у нее симпатии. И не зря. К неприятному клиенту присоединился еще один. Мужчина, одетый в вязаный свитер, с превосходством и интересом рассматривал Груню.

– Глянь, Лёва, а это девка, – сально подмигнул гость Груне, – Зачетная пташка.

– С каких пор шлюшки Барина разносят тут хавчик? – поддержал тот, первый, что заказал стейк.

Груня задохнулась от негодования, и уже собралась высказать все, что думает об этой парочке, но вдруг сильная рука обхватила ее за талию и, словно нашкодившего котенка, переставила на метр от столика.

– В кабинет, живо! – тихо скомандовал Василий Павлович, не оглядываясь, послушалась ли пигалица его приказа.