Перевоспитать охламона

Та поморщилась, приоткрыла глаза и тут же прикрыла их вновь.

– Ты крови испугалась? – потребовал ответа Бася.

– Нет, – мотнула головой девчонка, – Это так. Бывает иногда.

– С хера ли? – вырвалось у парня, – То есть, от чего?

– Да я с учебы, – лепетала девчонка, – Утром не успела позавтракать, проспала. А перед работой тоже не очень. А потом и забегалась, и вот…

– Ты голодная что ли? – опешил парень, – Ты, пигалица, совсем не в себе! Это же ресторан! Тут пожрать на каждом углу можно! Ты к Михалычу сколько раз за смену прилетала? Дите бестолковое, млин!

– Ну, если у вас все в порядке, то я вас покидаю, – спокойно заявил Пал Палыч, – А ты, Василий, девочку не ругай.

А покорми, пока дышит. Не ровен час и опять отключится.

– Я ей так отключусь! – шипел Бася, пулей вылетая из кабинета, – Она у меня вмиг включится, пигалица бестолковая. Как по лужам с фотиком скакать – это она успевает. А пожрать – времени нет!

Василий скрылся из кабинета, ворча и плюясь ядом себе под нос. А когда вернулся с подносом и тарелками, отца уже и след простыл.

А девчонка безмятежно спала, лежа на диване и кутаясь в его куртку.

– Слышь, пигалица, – помялся Бася около дивана, – Ты давай, не вырубайся. Поешь, потом и отключишься.

– Угу, – вздохнула Груня и села.

Бася, с изумлением во взгляде смотрел, как девчонка в полусонном состоянии послушно ест, пьет, а потом и плюхается на диван, вновь укрываясь его курткой до самой макушки. Но в этот раз парень решил девчонку не будить. Пусть поспит, а проснется, почешет домой.

Ну, или он сам отвезет, а то свалится где-нибудь в потемках. Ищи ее потом.

Глава третья, в которой Василий Павлович хмуриться и нервничает

Пигалица крепко спала, а Барин решил проверить, как парни закрывают смену и снять кассу. Прикрыв за собой дверь кабинета, Барычинский вынул пачку сигарет из кармана. Выпитый алкоголь давал о себе знать, да и рана неприятно дергала. Именно поэтому настроение Василия Павловича можно было расценить как отвратительное.

Оказавшись на кухне, парень поискал взглядом Михалыча. Шеф-повар проводил инспекцию оставшихся после рабочего дня продуктов.

– Ну, как, поела? – поинтересовался Михалыч.

Васька, молча, кивнул и поморщился, в который раз шля Лёвчику массу «наилучших» пожеланий.

– Я что сказать хотел-то, – мужчина хмуро приблизился к младшему хозяину заведения, – Не мое это дело, но я девчонке верю. Видно же, наивная и врать не приучена. Светлая девочка.