Бессмертная Искра

В этот город осень приходила рано, напоминая о себе затяжными дождями, плотными туманами и промозглостью по ночам.

"Что я делаю? – удивился Матвей. – Зачем сюда пришёл?"

Возможно, у него в голове совсем помутилось от горя.

Стоп, лучше думать о другом, например, о звёздах…

Матвей запрокинул голову.

Редкие, безучастные к мальчишеской судьбе звёзды молча сверкали.

Ничего хорошего больше не случится. Всё, что Матвея ждёт, это изматывающее горе и серые будни…

Искра выкинула лучик, коснулась мальчика.

Матвей встряхнулся и изумлённо заморгал. Прямо перед ним появилось небольшое серебристое облачко, размером с теннисный мячик, от которого веяло уже подзабытым чувством родительской заботы и понимания.

– Ты кто?!

– Искра.

Голос раздался в его голове. Вернее, не голос. Просто чужая мысль.

Матвей помотал головой. Про такое писали в фантастических книжках.

– Телепатическая связь, – пояснила Искра. – Требуется время, чтобы я получила речевые навыки вашей расы.

– Ты пришелец?!

– А ты всегда задаешь вопросы, на которые тебе очевиден ответ?

– Ничего себе! – восхищённо выдохнул Матвей.

Искра скромно засияла, восприняв это за комплимент.

– Ты… она?

– Как это?

– Ну, пол, – путано пояснил Матвей. – Есть мужской пол, есть женский.

– Я просто есть! – гордо заявила Искра.

– Ты воздействуешь на меня?

– В твоем понимании это слово носит отрицательный характер.

– Прости, не хотел тебя обидеть. Я просто… Ну, я раньше чувствовал себя неважно, а теперь мне спокойно.

Матвей расслабленно вздохнул. Его память не изменилась. Все воспоминания остались. И недавнюю трагедию Матвей тоже не забыл. Просто это стало каким-то неважным. Обыденным, как вчерашний обед.

– Сейчас ты чувствуешь себя правильно. Я поменяла длину волны твоей эмоции, она перешла в другой спектр и перестала господствовать.

– Я ничего не понимаю.

– Мне трудно выражаться в рамках твоей культуры. Ты позволишь?

Отчего-то Матвей сразу понял намерение Искры. Протянул руку и светящийся серебристый шарик незамедлительно устроился на узкой ладони.

В мальчика словно вошёл поток ослепительно яркого света. Он нёс знание, эстетику и божественную гармонию. Хотелось раствориться в этом и не вылезать в холодный и негостеприимный мирок Земли.