Алмазная принцесса

Но теперь Алиса выследила его, и на сеансах психотерапии можно было поставить крест…

Михаил представил себе, что снова начнутся непрерывные тусовки и светские мероприятия, жена будет мучить его диетой, морить голодом, гонять на тренажеры… прощайте, борщи и рассольники! Прощайте, домашние котлетки и утка с яблоками! Прощайте, румяные пирожки и рассыпчатое домашнее печенье! А уж о том, чтобы прилечь после обеда, нельзя будет даже помыслить!

И тут с Михаилом что-то произошло. Он вскочил с дивана, бросился вперед, встал между своими женами, фехтующими каминными принадлежностями, и воскликнул голосом трагического актера в роли короля Лира:

– Прочь, недостойная! Ты мне осточертела!

– Что?! – Алиса смерила взбунтовавшегося мужа презрительным взглядом.

Она не верила, что он это всерьез.

– Что?! – повторила она, взвесив на руке кочергу.

– Что слышала! – ответил муж нормальным голосом. – Иди ты… знаешь, куда?

– Куда? – переспросила Алиса, чувствуя, как земля уходит у нее из-под ног.

– В фитнес-центр! – припечатал Бабочкин, отнял у обессилевшей жены кочергу и подтолкнул ее к выходу. – Мой адвокат тебя там найдет!

Василий Макарович окончательно замерз. Он смотрел на окна соседнего дома, но видел только мелькающие тени. Кажется, там проходил урок фехтования, только шпаги использовались какие-то странные. Вдруг дверь дома распахнулась, на порог вылетела Алиса.

Но она была совершенно на себя не похожа!

Всегда аккуратно уложенные волосы всклокочены, как пакля на голове огородного пугала.

Лицо, чудесный цвет которого мог служить рекламой Алисиного косметолога, покрылось красными пятнами нервного румянца, кроме того, оно перекосилось от злости. Норковый полушубок цвета топленого молока, надетый в один рукав, волочился сзади, как хвост побитой собаки…

В общем, Алиса выглядела как человек, потерпевший тяжелое жизненное поражение, как человек, которому нечего терять, потому что он и так потерял все самое дорогое…

Она стремительно пересекла участок, выбежала за ворота и понеслась к своей машине.

Василий Макарович понимал, что сейчас не самый удачный момент для беседы с заказчицей. Однако он понимал и то, что через минуту она уедет, а он останется один на чердаке недостроенного дома и впереди его ждет только смерть от лютого холода…

Он схватил мобильный телефон, с трудом набрал номер заказчицы непослушными, одеревеневшими от холода пальцами и поднес трубку к уху.