Шизопитомник

Взбешённый Владимир Кириллович, изрыгая на бегу выражения из словаря «Пи», убежал на кухню, словно по делу. Его сторонники смотрели на оторвышей, как князи, знающие о грязи больше многих.

– Ничего, отольются овцам волчьи слёзки, – прошипела Светлана.

Сергей Николаевич суровым молчанием утвердил её угрозу.

– Давайте объявим перемирие, – предложил Рыжий Клоун. – Разве нам нечего обсудить?

– Вот именно, – встрепенулся Сергей Николаевич и начал самостоятельно анализировать события: – Итак, что мы тут имеем? Во-первых, представитель российской деловой элиты; во-вторых, дочка приятеля Сами-знаете-кого; ещё главврач; потом Рыжий Клоун и две дамы с хамскими замашками.

Странная компания. Глядя на ваш отморозинг, я мог бы допустить, что за вами стоят СМИшники или другие беспредельщики, но вы так тупите с Санитаром…

– А про шизопитомник почему не вспомнил? – возмутилась Ольга. – Может, мы пособники карательной психиатрии и отрабатываем на вас самые удачные технологии?

Сергей Николаевич недовольно посмотрел на пофигистку и строго спросил:

– Не устала от своей сатиры и юмора? Зудит – отойди в сторонку, не мешай коллективу работать.

Ольга виновато вздохнула.

– И правда, согласно инструкции ВЦСПС, курить и смеяться следует в специально отведённых для этого местах.

Сергей Николаевич проигнорировал её раскаяние. Он молча крутил головой и впивался взглядом в каждого, надеясь по каким-нибудь признакам вычислить ситуацию. Но всё пребывали в той же растерянности.

Правда, выражали её каждый по-своему: Ольгу прорвало на старые шутки, Владимира Кирилловича преследовал взбесившийся аппетит, Светлана с обожанием глядела на Сергея Николаевича, Рыжий Клоун впал в задумчивость. Только Ирина была совершенно всем довольна. Рассматривая остальных, она, наконец, поняла, как им сейчас тревожно.

– Хотите верьте, хотите проверьте, но никто никого не похищал и не разыгрывает, – засмеялась она.

– То есть, мы здесь добровольно? – схватился за ниточку Сергей Николаевич.

– Добровольцами, – поправила Ольга.

Но Сергей Николаевич не обратил на подковырку внимания и продолжил анализировать ситуацию:

– Отпуск у меня в самых престижных местах дальней заграницы. В толпе нуворишей и сопутствующего жуль… то есть отлично выдрессированного персонала. Значит, это командировка. Убей, не помню, зачем я здесь. Может, для доклада вызвали, а Сами-знаете-кто задерживается?

– В пробке застрял, – кивнула Ольга.