Белая ворона

– Не трогайте меня! Не трогайте! – закричала она, вырвала руки и попыталась ударить его по лицу. Но тут уж я подскочила и перехватила ее руку.

– Дядя Вася, вызывайте перевозку! – сказала я. – Тут мы ничем не поможем, тут психиатр требуется!

Женщина дернулась, крутанулась на пятках и бросилась в прихожую, мимоходом царапнув меня ногтями по предплечью. Я пошла за ней и увидела только, как черная куртка с вышитой на спине птицей мелькнула уже за дверью.

– Уф, – сказал вышедший за мной дядя Вася. – Ну, хорошо, что она сама ушла.

Правда, как бы чего не устроила… Думаешь, это от стресса у нее все? Ну, расстроилась, что мужа потеряла… в конце концов, можно понять…

Я молчала. Что-то мне в этой истории показалось странным, нелогичным. Как она быстро убежала, узнав, что мы собираемся вызывать психоперевозку. Да нет, психи очень умными бывают и хитрыми, это все знают.

И все-таки… Я закрыла глаза, чтобы сосредоточиться, и тотчас перед моим внутренним взором возникли две руки. Между прочим, с приличным маникюром.

На ногтях гель-лак. Ну, допустим, держится он долго, допустим, сделала она маникюр еще до смерти мужа, да так и ходит. Но все же на три недели не похоже… Эх, показать бы ее Светке-маникюрше, она бы сразу определила, когда точно маникюр сделан!

А если недавно, то что же получается? Маникюр сделала, а голову вымыть забыла?

И еще. Я открыла глаза и встретилась взглядом с дядей Васей.

– Ты чего, тезка? – спросил он участливо. – Испугалась? Ладно, обошлось же…

Я только вздохнула.

Ну не рассказывать же ему, что меня одолели сомнения. Потому что кожа на руках женщины была гладкая и белая. Никаких веснушек. А так не бывает. У рыжих, если уж есть веснушки, то везде, и на лице, и по всему телу. Была у нас в классе одна девочка, Люба Саломатина. Рыжая как огонь. Так у нее веснушки были даже на веках, ну и по всему телу тоже, на плечах кожа так просто коричневой казалась.

А у этой нервной особы на лице веснушки были, а на руках – нет… странно!

Тут Бонни ударился в дверь головой, и я посмотрела на часы.

Черт, опоздала уже в парикмахерскую…

Я вылетела в прихожую и тут, надевая кроссовки, увидела, что на полу валяется мобильник. Не мой и не дяди-Васин. А тот самый, которым трясла эта ненормальная. Все ясно: выронила его и не заметила, в таком была возбуждении.

Я открыла дверь, на площадке, разумеется, никого. Лифт ехал вниз, я выглянула в лестничное окошко, но из подъезда никто не вышел. Значит, убежала уже.