Босс, наркоз и любопытный нос

Только обычно запои у него раз в три месяца случаются, а он только на прошлой неделе вышел, так что ему еще не время, еще месяца два должен поработать…

– Вот как? А где он пьет-то?

– Да дома обычно. А тут тетя Зина, жена его, ругается – пропал, дурак старый, где-то, запил и до дому не дошел! А вы, собственно, почему интересуетесь?

– Да я так просто, для разговора… – отмахнулась Надежда, – ну, иди уж Леша, может, и правда на линии поломка…

Восстанавливая испорченный телефон, Надежда раздумывала над услышанным.

Значит, убийца каким-то образом испортил телефон в тринадцатом коттедже. Скорей всего, подобрался к центральному щитку. Туда наверняка кто угодно попасть может. После чего позвонил в администрацию, представился Шубиным и заявил, что у него не работает телефон. Ему пообещали прислать дядю Пашу, то есть мастера Черенкова. И прислали.

Теперь возникают два вопроса. Первый: действительно Черенков убил Шубина? Или же это сделал кто-то другой, прикрывшись именем Черенкова? И второй: где же в таком случае сам дядя Паша Черенков, если не найти его ни дома, ни на работе…

Елизавета Голощапова была женщина с очень тонкой душевной организацией.

Она вся была наполнена чувствами и эмоциями. Она так глубоко переживала любой пустяк, то есть это только равнодушный поверхностный человек мог посчитать пустяком, например, трогательный полевой цветок, чудом пробившийся сквозь асфальт, или божью коровку, по случайности залетевшую в окно.

Елизавета непременно ловила легкомысленное насекомое и выпускала его на волю, а перед цветком надолго замирала в умилении, мешая прохожим. Она способна была расплакаться над мертвым голубем на дороге, она непременно прижималась к каждой березке, поглаживая ее кору нежно-нежно.

Как-то раз она пыталась прижаться также к сосне, но вымазала руки и платье в смоле, а на рябине сидела стайка дроздов, которые обсыпали непрошеную гостью ягодами, и не только ими.

С тех пор Елизавета любила только березы.

Елизавета очень страдала от всеобщего непонимания. Муж, этот черствый равнодушный человек, интересовался только футболом и примитивными компьютерными играми. Он практически каждый день просиживал у телевизора с пивом и чипсами некоторое время после ужина и засыпал тут же, в кресле.

Елизавета давно уже перестала убеждать его в корне изменить свою жизнь, он только отмахивался.