Черное зеркало

Надежда же боялась, что сейчас зазвонит чужой телефон и похищенный мужчина спросит, нашла ли она матрешку. А что она ему ответит? Нечего ей было сказать.

Но телефон не зазвонил. Зато позвонила мать и спросила напряженным голосом, когда Надежда наконец приедет: потому что урожай надо непременно собрать, зря, что ли, она спину гнет на этом огороде, а им никогда ничего не надо, так что на следующий год она и заморачиваться не станет, пускай все грядки сорняками зарастают…

Поскольку так мать говорила каждую осень, Надежда не принимала ее слова близко к сердцу и пообещала приехать как сможет.

– И «Биофон» не забудь! – крикнула мать, которая никогда ничего не забывала, но Надежда уже нажала кнопку отключения.

Утром Надежда Николаевна пыталась дозвониться до Муськи, а когда ей это не удалось, не очень-то и расстроилась. Муська же предупреждала, что будет недоступна.

Она послала сообщение Муськиной дочери, но та вскоре ответила, что в данный момент в отпуске с мужем и детьми и о местонахождении мамы понятия не имеет, за ней не уследишь, они уже к этому привыкли.

Надежда не стала рвать на себе волосы, топать ногами и ругать Муську последними словами – все равно не поможет, человека не переделаешь. Она вспомнила вчерашние приключения и посмотрела на телефон, который подобрала на кладбище. Он молчал, звонков не было.

Надежда забеспокоилась, не понимая, хорошо это или плохо. Возможно, похищенный сумел как-то удрать от своих похитителей, встретился с женой, или кем она ему приходится, и сам решил свои проблемы.

А возможно, все гораздо хуже. Она отогнала от себя плохие мысли и поняла, что ей нужно снова ехать в особняк Клюквиных, чтобы найти ту самую потерянную матрешку. И уж теперь она точно ее откроет и разберется, что там такое внутри. И вообще, разберется во всей этой истории.

Надежда Николаевна очень не любила, когда ее используют, что называется, втемную. Да и кто такое любит?

Вчера краем уха она слышала разговор экскурсовода с водителем, который жаловался, что народу на экскурсию много записывается, совсем, мол, заработался, скорей бы осень, хоть дети в школу пойдут, тогда можно будет передохнуть.

Так что Надежда решила идти проверенным путем, то есть к десяти тридцати прибыть на «Василеостровскую».

Как всякая опытная жительница Северной столицы, прежде всего она озаботилась погодой, для чего выглянула в окно. Дождя не было и ветер не гнул деревья, но неяркое солнце раздумчиво выглядывало из небольших пока облаков.