Чужая воля

– Собака должна правильно питаться, – зудел он, – это же ротвейлер, ему мясо нужно.

– Ну, уж Горация-то я голодом не морю! – возмутилась я. – Пусть только попробует он тебе наврать.

– Важно не только кормить собаку, важно, как ты ее кормишь, – закончил Олег, вынимая из морозилки что-то трудно опознаваемое. Он любит оставлять за собой последнее слово. – Ладно, ты можешь пока заниматься своими делами, мы тут сами разберемся и позовем тебя, когда все будет готово.

– Что будет готово? – я почувствовала, что хочу есть.

– Сегодня жаркое по-мексикански! Вот я принес все ингредиенты – лук, перец зеленый и красный, помидоры, а мясо у тебя есть.

– Послушай. Я не против жаркого по-мексикански, но неужели у тебя нет других дел, кроме как таскаться ко мне и проводить время на кухне? – не удержалась я. – Ведь мы вроде бы развелись…

– У тебя портится характер, – спокойно сказал он, не желая обидеть, а просто отметил очевидный факт.

– Да знаю я, характер у меня и так всегда был скверный. Естественно, когда женщина разводится с первым мужем, говорят – бывает, когда со вторым – ужасное невезение, а вот когда уж с третьим – тогда говорят, что мужчины тут ни при чем, это у нее самой что-то не то. Так что я уж как-нибудь проживу одна со своим скверным характером, не нужно меня опекать. Конечно, если ты беспокоишься о собаке…

– Иди уж, не мешай готовить!

Я потащилась в комнату, обиженно бурча себе под нос.

Когда я проходила по коридору, в дверь снова позвонили. Видимо, по рассеянности после разговора с Олегом, я открыла, даже не заглянув в глазок. В квартиру тут же ввалились двое красномордых мужиков и еще более красномордая тетка за пятьдесят. Не так давно, уже после смерти Валентина Сергеевича, эта компания уже приходила ко мне по поводу обмена. Но тогда я была начеку и разговаривала с ними через дверь. Собственно и разговора-то никакого не было, я просто послала их подальше.

– Ну что, девонька, надумала меняться? – без всякого вступления завела тетка старую песню.

– Не собираюсь я ни с кем меняться! – Я пыталась вытеснить их на лестницу, но силы наши были неравны. Они постепенно вдвигались в квартиру, нагло осматриваясь и не обращая внимания на мое сопротивление.

– Ты это, не больно-то фордыбачься! – угрожающе пробасил коренастый мужичок.