Дама с жвачкой

Дома муж ждал объяснений.

– Надежда! – строго начал он. – Почему ты опять возвращаешься с дачи затемно? Ведь я же просил тебя не ездить одной так поздно.

– Где же поздно, Саша? Мария Петровна с Тяпой гуляет в десять утра, в три и в девять вечера. Значит, было минут двадцать десятого, совсем не поздно. Это меня потом полиция внизу задержала.

– И потом, – продолжал он, – мы же договорились, что ты будешь звонить от метро, я тебя встречу.

– Я звонила, тебя дома не было, – быстро соврала Надежда и попала в точку.

– Ты понимаешь, что на месте Зинаиды могла быть ты! – закричал он. – Кругом такое хулиганство, разгул преступности, а ты ходишь одна в темноте.

«Возможно, он гораздо ближе к истине, чем думает», – пронеслось в голове у Надежды, а вслух она сказала ласково:

– Сашенька, не волнуйся, я же не пошла одна в парадную, а дождалась Марию Петровну, а Тяпа у нее хоть и маленький, но все же собака, гавкнуть может. И давай скорее ужинать, а то поздно уже.

Надежда проснулась среди ночи. На сердце было тяжело. Сначала она подумала, что это от съеденного накануне слишком поздно плотного ужина, но все было гораздо хуже.

«Это меня хотели убить! – металось в голове. – И убили бы, как Любу. Та же история – стукнули тяжелым по голове и затащили в лифт. Только у Любы в доме лифт старый, двери не автоматические, поэтому убийца должен был вместе с Любой в лифт сесть, а у нас двери лифта открываются автоматически, поэтому Зинаиду внизу стукнули, кнопку в лифте нажали, а сам он выскочил».

«Не может быть!» – ответила она самой себе.

«Все так и есть, – ответил невидимый оппонент в мозгу, – кто-то сидел между лестничными площадками у окна второго этажа и караулил, когда я пойду к парадной. Увидел меня и побежал вниз, к лифту, значит, в окно он в это время не смотрел и не заметил, как я свернула в кусты. А Зинаида шла прямо под домом, ее из окна второго этажа не было видно.

Мысли Надежды приняли совершенно другой оборот.

«Как же я одеваюсь, если меня можно перепутать с последней пьяницей?»

«Что же мне, по грязным электричкам в хорошем пальто болтаться? – огрызнулась она самой себе. – Сейчас осень, дожди, в поезде одни садоводы. Такие же, как я. Но вообще-то неприятно».