Игра случая

Мария Петровна была пенсионеркой, жила с убитыми соседями через стенку, имела массу знакомых собачников – словом, все всегда знала. Надежда хотела расспросить ее подробно не просто из праздного любопытства, поэтому пригласила:

– Заходите, Мария Петровна, кофейку выпьем.

– Да я еще не завтракала.

– Вот и позавтракаем.

– А твой-то где? – Это она про Надеждиного мужа Сан Саныча, которого она не то чтобы не любила, а немножко стеснялась.

Муж у Надежды был второй, старше ее на пять лет, то есть сейчас ему было уже за пятьдесят.

Человек он был серьезный, положительный, посторонним казался даже немножко суховатым и занудливым; и, разумеется, такие простые мужские радости, как валяться в воскресенье перед телевизором в майке и старых тренировочных штанах, попивая пиво, были ему абсолютно недоступны. Дома он всегда ходил очень аккуратно, в чистой рубашке и чуть ли не в галстуке. Мария Петровна Надеждиного мужа уважала, но зайти по-соседски всегда предпочитала, когда он отсутствует.

– Да нет его, ушел сегодня пораньше.

– Ну ладно, сейчас Тяпку запру и приду.

Надеждин рыжий кот Бейсик относился к Тяпе по-соседски неплохо, хотя собак, естественно, не любил, но в собственной квартире, охраняя, так сказать, свою территорию, мог устроить скандал. Надеждин муж Сан Саныч, имея взрослого сына, невестку и внука, живущих отдельно, всю свою нерастраченную нежность перенес на кота и обожал его, по мнению Надежды, даже слишком сильно.

Наглый котяра этим пользовался и абсолютно распустился.

Надежда сварила кофе, сделала бутерброды, поставила на стол вазочку с печеньем, усадила Марию Петровну поудобнее и приготовилась слушать. Долго молчать о вчерашних событиях соседка не могла, ее переполняли чувства.

– Подумай, Надя, что на свете творится, такие приличные люди и такое с собой сотворили!

– А как все случилось-то?

– Вчера утром сижу я дома, только с Тяпкой погуляла, вдруг слышу крики ужасные.

Я сначала не поняла, думала, что телевизор кто-то врубил на полную мощность, а потом думаю – что же это за фильм, почему я не смотрю? Я включила, пощелкала – нет ничего похожего. А потом чувствую – за стенкой это орут.

– А что кричали-то?

– Мужской голос все больше, да ты такая-сякая, сука, да я тебя с твоим хахалем видел, да я давно все знаю, да у тебя, говорит, совести нет совсем, на кого меня променяла, а дальше совсем нехорошими словами.