Исчезнувший рог Минотавра

Это было сказано «милицейским голосом», так говорят следователи в старых фильмах: «Будем признаваться или будем запираться?»

Ксения подумала, что все это было бы смешно, но расслабляться не следует. Она спросила только, как ей связаться с заказчиками, если получится форс-мажор или ей понадобится помощь.

– Мы сами вас найдем… – последовал немедленный ответ, и она поняла, что этот тип просто некомпетентен. Ну, не все ему сказали или он плохо заучил урок.

Да, как-то это все странно… Ксения снова ощутила не то чтобы тревогу, но какой-то дискомфорт.

Определенно, не нравится ей это задание, может, зря она согласилась? Но теперь уж назад ходу нет…

Обратно пришлось идти тем же путем – через лабиринт решеток, только на этот раз не гудела сирена, не лаяли собаки и не кричала охрана. Вагонетки не было на месте, так что пришлось идти пешком по рельсам, потом через узкий туннель, потом снова вдоль трубы, только без наручника, и наконец Ксения оказалась в том же самом помещении, где оставила мобильник и кошелек.

За столом никого не было, и когда Ксения хотела было уже взломать замок шкафчика, на шум выскочил откуда-то тот самый парень, что сидел на входе до тетки.

– Я счас! – засуетился он, открывая шкафчик.

– Это ты, что ли, Третий? – усмехнулась Ксения.

– Что? А, ну да… подрядился вот…

Из двери послышался громкий голос, выразительно декламирующий детские стихи:

– А у нас в квартире газ, а у вас?

– А у нас водопровод. Вот…

– Это то, что я думаю? – спросила Ксения.

– Она, – вздохнул парень, – соседка моя бывшая Анна Павловна. Ну не рад уже, что с ней связался! Она раньше и правда в СИЗО работала, ну, думаю, подойдет. А она так в раж вошла, думала, что все на самом деле… Вообще-то противная баба, правильно ты ее… Но вот что делать-то теперь с ней? В психарню, что ли, везти?

Ксения заглянула в закуток, где на полу сидела давешняя тетка и в упоении читала стихи:

– В доме восемь, дробь один на заставе Ильича жил высокий гражданин по прозванью Каланча…

– Вот так уже полчаса… – пожаловался парень, – утомился уже… А то еще петь начнет пионерские песни.

Про крейсер Аврору или где «Взвейтесь кострами синие ночи…». И в себя ее привести не могу… Эй, тетя Аня, очнись уже!

Ксения подошла ближе и двумя руками нажала две точки у страдалицы за ушами. Та поперхнулась на полуслове про дядю Степу и замолчала. Потом посмотрела на Ксению, узнавая, в глазах ее появился страх.

– Ой, затихла! – обрадовался парень.