Клад Наполеона

Может, для себя кто-то из немцев и записал направление, скорость катера и точное время, но тот, кто видел это со стороны, мог сказать только приблизительное место и направление. Да еще помнил, что катер был старый, мотор все время кашлял и давал вполовину меньше скорости, чем мог бы. Немцы бросили его потом чуть в стороне, взорвав предварительно мотор. Катер подняли после войны местные жители – время было тяжелое, любая техника, даже поломанная, на вес золота. Пробоины наскоро подлатали, мотор новый поставили – и еще лет десять тот катер по озеру ходил, людей возил на дальние покосы.

Из этих скудных сведений Надя сумела вычислить направление и приблизительные координаты. Но круг поисков все равно получился достаточно широким.

Они выехали на озеро в первых числах июля – трое парней и она. Андрей ей понравился – сильный, решительный, немногословный. Он глянул на нее мельком и сказал всем, что во время работы объявляется сухой закон, даже пива нельзя. Курил из всех только Костик, он с аквалангом не был знаком, его взяли водителем и кашеваром.

Кому-то приходилось стеречь лагерь, потому что место хоть и глухое, деревень поблизости нету, однако мало ли кто забредет на огонек. А потом машины не досчитаешься, опять же оборудование у них ценное.

– И никаких гулянок! – твердо сказал Андрей. – Это все потом, когда дело закончим.

Витька тогда только хмыкнул и обшарил Надю наглым взглядом. И через два дня подстерег ее вечером на тропинке, когда шла она умываться к озеру.

– Пойдем, прогуляемся, – сказал он, возникнув неслышно из-за густых кустов.

– Отвали, – процедила Надя, с ненавистью глядя в его наглые глаза. Он был в тельняшке с оторванными рукавами, все руки в наколках. Были там якоря, русалки и морские змеи.

Витька усмехнулся и схватил ее за грудь, она тут же залепила ему пощечину. Точнее, хотела, но он перехватил ее руку. Она пнула его под коленку, но легкие босоножки не нанесли ему особого вреда. И вот когда Надя уже собиралась заорать, на тропинке появился Андрей. Наде было ужасно стыдно – вдруг он подумает, что она сама дала повод.

Но Андрей все понял правильно. Он положил Витьке на плечо тяжелую руку и давил до тех пор, пока Витька не опомнился.

– Виктор, я же просил, – сказал Андрей.

Сказано было это таким тоном, что Витька трусливо попятился.

– Да нужна она мне больно! – Он сплюнул на сухие сосновые иголки и ушел. Андрей тоже удалился, не сказав Наде ни слова.

С тех пор Витька, надо полагать, затаил на нее злобу.