Кубок королевы Розамунды

Он отвез Марианну в банк, там сказали, что нужно собрать какие-то бумаги, чтобы ей выдали содержимое ячейки.

Тут навалились другие дела, прежде всего похороны, и Марианна отложила банк на потом. А после оказалось, что дела у отца в очень плохом состоянии, и фирму у нее отобрали за долги, и квартиру на Крестовском пришлось продать, в общем, от наследства осталось не то чтобы ничего, но очень мало.

Как раз прошло полгода, и после всех мытарств Марианна наконец вспомнила про банковскую ячейку, где отец хранил драгоценности.

Там было немного: пара не очень дорогих колечек, еще маминых, эти хранились как память, бриллиантовый браслет, который в комплекте с такими же сережками отец подарил Марианне на двадцатилетие. Серьги она не снимала, а у браслета ослабел замочек, и она оставила его дома перед поездкой во Францию.

И самое главное: там хранились те серьги. Те самые, старинные, очень дорогие, семейная реликвия, которую отец велел беречь Марианне как зеницу ока.

Так вот как раз самого ценного в банковском сейфе не было.

И в ответ на ее осторожные вопросы банковский служащий сказал, что да, отец заходил в банк накануне того печального дня, когда он умер, а что уж он делал с ячейкой, он не знает.

И Марианна поняла, что отец забрал оттуда серьги.

Зачем? Очевидно, хотел оставить кому-то в качестве залога, чтобы спасти фирму. Марианна плохо разбиралась в деловых и финансовых вопросах, но подумала, что раз уж отец решился на такие крайние меры, то дело и правда было плохо.

Так оно и оказалось впоследствии. Но тогда отец на что-то надеялся, оттого и перенес серьги из банковской ячейки в квартиру. Тут-то его и ограбили. Артем, человек, который работал у него несколько лет и которому отец безоговорочно доверял.

Все это Марианна собиралась рассказать следователю, когда ее вызвали в очередной раз повесткой, но передумала, потому что следователь оказался не тот, что прежде, – гораздо старше, с каким-то шишковатым лбом и абсолютно равнодушными, снулыми глазами.

И перед его кабинетом Марианна столкнулась с экономкой отца, той самой Любовью Адриановной. Она выходила с красными заплаканными глазами и даже не узнала Марианну.

Следователь спрашивал ее, не пропало ли чего ценного из домашнего сейфа, и Марианна ответила, что отец хранил там только документы, а какие – она понятия не имеет.

– Не хотите, значит, Марианна Петровна, сотрудничать со следствием… – протянул он с непонятной угрозой.