Кубок королевы Розамунды

И как они очутились в сейфе ее мужа? Неужели он как-то причастен к смерти ее отца?

От этой мысли Марианне стало плохо. Захотелось упасть тут же, на дорогой ковер, что устилает пол кабинета, и лежать там, оглохнув и ослепнув от горя.

Нет уж! Марианна потрясла головой, чтобы прийти в себя, и поняла, что надо скорее уходить. Но перед этим сфотографировала серьги на свой телефон.

Затем убрала коробочку и закрыла сейф. Потом, тщательно следя за тем, чтобы лицо ее не попало на камеру, повесила на место картину.

Причем повесила намеренно криво. Пусть муж сразу узнает, что в сейфе кто-то копался. И бумаги в сейфе она переложила по-другому. Так он точно заметит, и Лизавета не отопрется. А то скажет, что картина упала и она ее просто на место повесила.

Муж, разумеется, ей не поверит, но так надежнее.

Она вышла из кабинета, переоделась в своей комнате и повесила комбинезон на место как раз вовремя, потому что в дверях заскрежетал ключ.

Это водитель привез мужа.

Услышав возню и здорово пьяный голос мужа, Марианна резвой антилопой скакнула наверх и заперлась в спальне. Там она рассмотрела фотографии и убрала их подальше в «облако», чтобы никто не смог до них добраться в ее телефоне.

Потом разодрала парик на мелкие прядки и спрятала в непрозрачный пакет на самое дно шкафа, понадеявшись, что Лизавета туда не полезет, ей будет не до этого.

И как в воду глядела, потому что, проснувшись утром, услыхала громкие крики.

Орал муж. С сильного похмелья голос был злой и хриплый. Бывало и раньше такое, тогда Марианна просто делала вид, что спит. И ждала в спальне, когда он уйдет. Сегодня же она накинула халат и босиком прокралась к лестнице, чтобы послушать.

Скандал был в самом разгаре. Басовитый рык мужа перекрывал плачущий голос Лизаветы.

– Это не я! – рыдала она. – Я ничего не трогала! Я к сейфу близко не подходила!

С непонятным удовлетворением Марианна поняла, что дело ее – труба, что муж Лизавету просто не слышит.

И не отреагирует, что бы она ни говорила. Все ясно: он с утра заметил криво висящую картину, проверил камеру и узнал Лизавету в удачно замаскированной Марианне.

– Ах ты! – муж полностью перешел на мат. – Да я тебя!

– Андрей Сергеич! – воззвала Лизавета. – Христом Богом клянусь, ничего не брала у вас!

– Да еще бы ты брала! – загремел муж.