Любовь мексиканского сыщика

 – Такое дело, убийство… не каждый день случается…

– А у вас с Куликовым случайно нет тут какого-то особого интереса? – Бахчинян поглядел на меня очень внимательно, и я тут же вспомнила, что, несмотря на то что он легкий, веселый человек, общительный и приветливый со всеми, он обладает еще светлой головой, цепким взглядом и острой наблюдательностью.

Дядя Вася его очень хвалит и называет толковым оперативником.

– Да какой у нас может быть интерес? – Я вылупила глаза, чтобы казаться глупее, чем есть.

– Известно какой! – Он уже смотрел на меня с большим подозрением.

 – Ты смотри, Вася-джан, мы с тобой, конечно, друзья, но если ты знаешь что-то об этом деле, что неизвестно милиции, – лучше прямо сейчас расскажи! Сама знаешь, что бывает за сокрытие улик и препятствие следствию!

Я уже начала судорожно прикидывать, что бы такое ему сказать, чтобы не наболтать лишнего, но тут, на мое счастье, его отвлекли:

– Ашот Тигранович, взгляните-ка, что я нашел!

Молодой парень в черной кожаной куртке протягивал Ашоту фотографию.

Держал он ее за уголок двумя пальцами, хотя и был в резиновых перчатках. Молодец, старается не смазать отпечатки пальцев! Ведь там могут быть и отпечатки убийцы.

Я вытянула шею и через плечо Бахчиняна посмотрела на фотографию.

И поняла, что на ней наверняка есть не только отпечатки пальцев убийцы. Еще там есть мои отпечатки. Потому что это была одна из тех фотографий, которые я накануне печатала по дяди Васиному поручению. На этой фотографии неотразимый Арсений Уколов сидел за столиком мексиканского ресторана рядом с девушкой, которую я окрестила Царевной-лягушкой.

Труп которой недавно отвезли в морг.

Вот те на!

Что же это получается?

Я отдала фотографии дяде Васе, он их отдал заказчице. Каким же образом одна из этих фотографий могла оказаться здесь, на месте преступления?

Напрашивалось единственное объяснение, но оно мне очень не нравилось.

Допустим, заказчица, получив вчера у дяди Васи фотографии, пришла в ярость и отправилась сюда, в этот офис, выяснять отношения с соперницей.

Здесь у них разыгрался грандиозный скандал, в процессе которого мадам Соколовская схватила первое, что попало ей под руку – ножницы, и воткнула их в злополучную Царевну-лягушку.

Сцена выглядела вполне правдоподобно, не вписывалась в нее только одна деталь. Вчера, вернувшись со встречи с заказчицей, дядя Вася поделился со мной своим впечатлением: ему показалось, что Елена Максимовна не очень-то близко к сердцу приняла его отчет.