Мальтийская головоломка

Она схватила листки, попыталась читать, но буквы прыгали у нее перед глазами, гарцевали, как цирковые лошади, и никак не хотели складываться в слова. Наконец она с трудом разобрала – «возвращаются к продавцу…»

Неужели правда?

– Между прочим, по условиям договора возврат производится за счет покупателя, но я решил пойти вам навстречу и сам оплатил транспорт и бригаду квалифицированных грузчиков. Кстати, перевозка и погрузка стоят довольно дорого, так что вы должны оценить мои добрые намерения…

Она же предупреждала Илью! Говорила ему, что противный человечек – вор, а он не послушал ее…

– Пошел прочь! – выкрикнула Полина и набросилась на Казимира, молотя его кулаками.

– Да, глупо ждать от людей благодарности, – со вздохом произнес Казимир, заслоняясь от ударов и отступая к двери. – Константин, вы знаете, что выносить!

И он благоразумно скрылся, а грузчики продолжали выносить антикварные игрушки Ильи.

«Ну и черт с ними! – думала Полина, провожая мрачным взглядом уплывающий на лестницу письменный стол. – Мне это барахло никогда не нравилось!»

– Хозяйка! – окликнул ее один из грузчиков, дотронувшись до руки. – Хозяйка, тут вот…

– Что такое? – Полина вздрогнула, подняла глаза. Грузчик стоял возле секретера и протягивал ей какой-то конверт:

– Тут вот из ящичка выпало… наверное, ваше…

– Из ящичка? – недоуменно переспросила Полина.

– Ну да. Там оказался потайной ящичек… – бубнил грузчик, показывая на боковую стенку секретера. – Мы нечаянно задели, он и открылся. Вы приберите, может, что нужное…

– Спасибо, – проговорила Полина и вымученно улыбнулась.

Через несколько минут грузчики исчезли. Она закрыла за ними дверь, заглянула в кабинет Ильи… Теперь, когда отсюда вынесли всю мебель, комната казалась какой-то изуродованной, выпотрошенной. И еще у Полины вдруг возникло ощущение, что у нее отняли последнюю память о погибшем муже… Илья так любил сидеть здесь, так тщательно подбирал каждый предмет мебели…

Она взглянула на конверт, который машинально сжимала в руке.

Полина поспешно вышла из оскверненного кабинета – находиться здесь не было сил. Прошла на кухню, заварила себе чаю, села за стол и только тогда решилась открыть конверт.

Она нарочно оттягивала это мгновение – ей было страшно.