Много шума из косметички

– Вот оно что! – проговорила, вспомнив странных гостей, которые заезжали к Федору по ночам. На время этих визитов он ее куда-нибудь выпроваживал, а потом выгружал в подвал какие-то ящики или мешки.

Вера догадывалась, что Федор прячет у себя в подвале товары, украденные из вагонов, но не лезла в его дела. Приезжал Костик на грузовике, и еще один мужик с микроавтобусом. Костик иногда посматривал на нее и все балагурил. Водитель микроавтобуса, наоборот, глядел как на пустое место.

Вере было все равно, чем они занимаются.

Но теперь она подумала, что за этот ужасный год заслужила хоть какую-то компенсацию, и забрала из пакета несколько плотных пачек. Потом подумала и оставила две. Пачки были перетянуты резинкой, в каждой – по сто тысяч.

Теперь хоть с деньгами у нее не будет проблем.

Вера вытащила из одной пачки несколько новеньких шуршащих бумажек – на дорогу, остальные деньги аккуратно увязала в цветастый ситцевый платок и подколола английской булавкой изнутри к подкладке платья.

Платье было жуткое – вылинявшее и застиранное едва ли не до дыр. У нее вся одежда была такая, да и то не своя.

Напоследок заглянула в комнату.

Федор спал, повалившись лицом на стол, время от времени тяжело всхрапывая. Даже этот храп был злым и мрачным. Вера увидела его мясистый затылок, красную шею, торчащую из ворота выгоревшей рубахи, и передернулась от неприязни.

Целый год она прожила с ним!

Этот год нужно засчитывать за два или даже за три, как на войне, так что она сполна отбыла срок за убийство…

За убийство, которого не совершала.

Прежде чем уйти, взглянула на свое отражение в мутном треснутом зеркале.

Она давно уже не смотрелась в зеркало, чтобы не расстраиваться, и сейчас едва узнала себя в этой измученной деревенской бабе средних лет с выгоревшими на солнце, неровно постриженными и плохо вымытыми волосами, в старомодном ситцевом платье и бесформенной старушечьей кофте с вытянутыми рукавами.

Кто поверит, что ей еще нет тридцати?

Кто поверит, что всего год назад она работала в крупном, известном банке, общалась с успешными, обеспеченными людьми, носила одежду приличных фирм, посещала дорогие рестораны?

Она и сама в это уже не верила. Это было в другой жизни, это было с другим человеком, от которого теперь осталась только выгоревшая оболочка да еще имя – Вера…

Вера последний раз оглянулась на Федора и вышла из дома.