Неправда о любви

– Николай Эльдарович Ликопиди, – ответил тот и протянул детективу паспорт.

– Я имел в виду имя и адрес вашей супруги, – проговорил Василий Макарович, однако паспорт взял и открыл на первой странице. С фотографии на него мрачно смотрел бритоголовый клиент, имя и фамилия соответствовали названным.

– Ну да, конечно… – Ликопиди на мгновение замешкался, затем произнес скороговоркой:

– Алла Евгеньевна Сотникова, улица Бакунина, дом шесть, квартира четыре… у нас с ней разные фамилии…

– Понятно… – Детектив вернул паспорт, записал координаты.

 – Будьте добры, ее фотографию.

Клиент порылся в кармане и наконец положил перед Василием Макаровичем маленькую черно-белую фотографию.

На фотографии можно было разглядеть молодую женщину с прямыми черными волосами и раздраженным, недовольным, капризным выражением лица.

– Это что – единственная, которая у вас есть? – с сомнением проговорил детектив.

– Алла не любит фотографироваться, – ответил Ликопиди.

– Ладно, – вздохнул Василий Макарович, – обойдемся… – И он перешел к обсуждению материальной стороны вопроса.

Василий Макарович закрыл за клиентом дверь и задумался. Точнее, не столько задумался, сколько с удивлением прислушался к собственным ощущениям. Ощущения были какие-то неприятные. Скверные, можно сказать, ощущения.

Казалось бы, пришел первый клиент, поручил обыкновенное, несложное дело, заплатил аванс.

Надо радоваться, засучивать рукава и приниматься за работу. Отрабатывать аванс и создавать своему детективному агентству достойную деловую репутацию.

Но Василия Макаровича что-то беспокоило. Была во всем этом деле какая-то досадная неправильность.

Куликов был человек бывалый, опытный, и своим ощущениям привык доверять. Они не раз выручали старого милиционера на крутых поворотах жизненного пути. Поэтому дядя Вася вернулся в кабинет, снял телефонную трубку и набрал номер квартиры, расположенной на первом этаже его дома.

Собственно, это была не совсем квартира, а тесный полутемный закуток под лестницей, бывшая дворницкая.

Там обитал одинокий инвалид Хабибуллин, зарабатывавший на жизнь срочным изготовлением ключей. Единственное окно своего жилища Хабибуллин превратил в витрину мастерской, через которую принимал заказы и выдавал готовые ключи. Это окно выходило на улицу возле самого подъезда, поэтому инвалид всегда знал, кто приходит в дом, кто и когда уходит, у кого из соседей гости, то есть, как говорится, держал руку на пульсе.