Ночное солнце

Никто не стоял рядом с вдовой, никто не обнимал ее и не поглаживал по плечу, никто не плакал искренне, а не напоказ.

Надежда поняла, что небольшая группа состояла из коллег погибшего. Вот мужчина средних лет в хорошем костюме, который удачно скрывает внушительный живот. Явно начальник. По выражению лица видно.

Вот женщина с очень солидным бюстом и твердым взглядом. Возраст опять-таки средний, явно не девочка. Ну, это, судя по всему, главбух, и к гадалке не ходи.

Еще несколько женщин, которые сохраняют на лицах прилично-скорбное выражение, а на самом деле думают, как бы поскорее все это закончилось.

Да, точно, не было у них родственников, правильно Антонина говорила.

Квадратная тетка не суетилась и не распоряжалась, она вросла в пол рядом с Еленой и окидывала людей маленькими злобными глазками, давая понять всем, что никого к вдове не подпустит.

Впрочем, никто и не пытался к ней подойти. Надежда очень удачно спряталась за представительного начальника, чтобы раньше времени не попадаться тетке на глаза.

Запомнив дорогу, она вернулась к запасному выходу и вышла на улицу за Антониной Васильевной.

Они прошли тем же коридором в комнату для прощания и встали в задних рядах, подальше от скандальной особы. Теперь Надежда Николаевна держалась позади соседки, чтобы, в случае чего, гнев квадратной тетки обратился на Антонину Васильевну. В общем, использовала Антонину как громоотвод.

Гроб уже внесли в комнату.

Это был дорогой гроб из темного полированного дерева, с медными и бронзовыми украшениями, в точности такой, как тот, который Надежда видела несколько минут назад в задней комнате морга.

Только на этот раз гроб был закрыт.

– А что, – вполголоса обратилась Надежда к стоящей рядом женщине, – разве гроб не будут открывать для прощания?

– Тсс! – Та сердито взглянула на Надежду и приложила палец к губам, но затем все же снизошла до объяснений: – Он же в аварию попал, разбился вдребезги! И сам, и машина. Максим после аварии в таком виде, что решили не открывать гроб, чтобы людей не шокировать.

Зачем усугублять, всем и так несладко. Пусть он останется в нашей памяти таким, каким был при жизни. – И женщина подняла глаза к потолку.

– Пусть… – машинально повторила за ней Надежда.

Мысли ее были заняты другим.

Она разглядывала гроб.

– Не поскупилась Елена! – прошептала Антонина Васильевна, перехватив взгляд Надежды. – Красивый гроб, дорогой! Чуть не из красного дерева! Интересно, сколько он стоит?..