Очи наяды

Приблизившись к Илье, она недовольно зыркнула на него и проговорила склочным голосом:

– Что, уже на минуту отойти нельзя? А если человеку нужно, допустим, в туалет?

– Я вам, кажется, еще ничего не сказал, – удивленно отозвался Илья.

– Еще бы ты что-нибудь сказал! – фыркнула особа и неторопливо отперла дверь.

Илья привычно вздохнул, зная, что всему причиной его внешность. Такой весь округлый, мягкий, голос тихий, вежливый… вот люди и думают, что он тюфяк слабосильный и можно ему безнаказанно хамить.

За дверью оказался просторный склад, на полках которого были сложены мешки, сумки и пакеты с вещами пациентов.

Кладовщица зашла за деревянный барьер, дожевала пирожок и посмотрела на Илью:

– Ну?

– Я пришел за вещами.

– Фамилия, палата? – она потянулась к толстой амбарной книге в черном переплете.

– Кригер. Герман Карлович Кригер. Второе хирургическое отделение, седьмая палата.

– Родственник? – строго осведомилась кладовщица.

– Что?

– Этот Кригер тебе родственник?

– Ну да, дядя… – проговорил Илья, решив, что так будет проще, чем объяснять этой тетке реальное положение вещей.

– Паспорт! – отчеканила кладовщица.

– Его?

– Зачем мне его? Твой паспорт!

– Но я не взял паспорт… я не думал, что он понадобится…

– Не думал он! То-то и оно, что не думал! А надо думать! Без паспорта вообще из дома выходить нельзя! Мало ли что случится? Паспорт всегда нужно при себе иметь!

Илья собирался уже подсунуть тетке водительские права, но неожиданно кладовщица смягчилась:

– Ладно, если нет паспорта, просто распишись вот здесь.

Она придвинула Илье раскрытую книгу, показав толстым пальцем на нужную строчку. Илья вписал туда свою фамилию и инициалы, и кладовщица снова нахмурилась:

– Я сказала: инициалы полностью, а ты только буквы написал!

– Так это же и есть инициалы…

– Не умничай тут! Я сказала: полностью, значит, имя и отчество целиком написать нужно! Ну ладно, как написал, так и написал, но в следующий раз чтобы полностью…

– Надеюсь, я больше никогда сюда не попаду, – вполголоса пробормотал Илья.

Кладовщица, видимо, не расслышала его реплику и, взяв с одной из полок пакет с вещами, бросила его на прилавок. Илья на всякий случай заглянул в пакет – там была одежда Германа Карловича.

– А еще трость должна быть, – заметил он, вспомнив слова старого ювелира.

– Чего?

– Трость. У дяди была трость.

– Палка, что ли?

– Ну да, если хотите, палка. Черная такая.