Ожерелье казненной королевы

 – Нет, так долго я тут жить не собираюсь!

– Не загадывай, – протянула старуха строго, – кто знает, что будет? Значит, не хочешь? А так бы сразу и переехала…

Я представила, что сейчас откажусь и придется идти на вокзал за чемоданом, а потом думать о том, где ночевать. Прошлую ночь я нашла гостиницу, содрали жуткие деньги.

Мы поторговались немного с Анной Викентьевной, и она согласилась на плату вперед за три месяца. Потом, удивляясь собственной предусмотрительности, я попросила показать документы. Старуха обидчиво поджала губы, но показала мне свидетельство о собственности на комнату и договор с агентством по найму квартир.

Фамилия менеджера была Фокусов, Антон Фокусов. Я позвонила по указанному телефону, и он подтвердил мне, что все в порядке, договор существует.

Я получила свои ключи от комнаты и железной двери. Старушка пожелала мне спокойной ночи и выдала остатки чая в большой железной банке и три куска сахару. В шкафу нашлось совсем ветхое, но чистое одеяло и одна простыня. Очевидно, в светлое время суток через нее можно было видеть деревья в парке, но сейчас было темно, и я решила не проверять.

Прошло всего два дня с тех пор, как я прилетела, я так устала искать квартиру, что решила не ездить за чемоданом на вокзал, а заночевать прямо так. Напиться чаю с остатками сахара да и заснуть… А с утра уж думать, как жить дальше, хорошо хоть, проблема с жильем временно решена.

Я вышла и неуверенно зашагала по коридору. Нужно было пройти его весь, потом свернуть в крошечный проход, протиснуться мимо странного сооружения – не то бак железный, не то шкаф несгораемый, – миновать узенькую дверь туалета, а там уж и кухня.

И вот, когда я уже готова была свернуть, открылась ближайшая дверь, и на пороге возникла странная личность.

Невысокого роста, какая-то скрюченная, одна нога вывернута пяткой наружу. Одет был человек в застиранную клетчатую рубаху и синие спортивные штаны, пузырившиеся на коленях. Лицо его… да, все же по лицу можно было предположить, что это мужчина, поскольку на левой щеке просматривалась небольшая чахлая растительность.

С головы свисали жидкие космы, и в довершение всего правая щека была повязана вылинявшим красным платком в горошек.

– Оп-па! – сказал он вместо приветствия. – А ты кто? – При этом левый глаз его подмигнул мне.

– Жанна, – ответила я машинально: когда мне задают вопросы, я сразу отвечаю, только потом думаю. Впрочем, как показали последние события, думать я вообще не умею.