Перстень Ивана Грозного

Даже фильм такой был – «Самоубийство влюбленных на каком-то острове». Или не фильм, а спектакль… ты не подумай, это у меня жена бывшая в театр ходила, иногда и меня вытаскивала…

– Ты, Лебедкин, как я погляжу, романтик! – констатировал эксперт. – Не знаю, как там, в Японии, не был, но у нас я про такие случаи не слышал. У нас если кончают с собой, то только в индивидуальном порядке. И больше по пьяни. И потом – даже если бы они и вправду договорились… вместе уйти, трудно поверить, чтобы ни у нее, ни у него в последний момент инстинкты не сработали.

Когда увидели, что машина вот-вот в валун врежется – невольно бы задергались!

– Ну, опять же, это все как-то неубедительно, – не сдавался Лебедкин. – Это все психология какая-то…

На самом деле ему просто хотелось доказать эксперту, что они имеют дело с несчастным случаем или на худой конец самоубийством. Потому что в противном случае ему грозило еще одно унылое и безнадежное расследование.

– Психология? – переспросил Гоша.

 – Не знаю, что ты имеешь против психологии. Психология – это тоже наука. Но вот я тебе еще что-то покажу, и это уже не психология…

Он неспешно подошел к одному из покойников и поманил к себе Лебедкина:

– Глянь-ка сюда…

Одна нога трупа была босая, на второй был надет обгорелый, потерявший форму сапог. На пальцах босой ноги были видны остатки красного лака. Значит, это труп женщины. Рядом на столе лежал сапог с босой ноги.

– Ну, что там? – опасливо проговорил Лебедкин.

– Что ты видишь? – Эксперт поднял обгорелый сапог и продемонстрировал его Лебедкину.

– Сапог, – честно ответил капитан.

– Сам ты сапог, – раздался у него за спиной звучный, хорошо знакомый голос.

Лебедкин обернулся. Рядом с ним стояла Дуся, которая бесшумно появилась в лаборатории.

Вот странно, при своем внушительном весе Дуся умела, когда надо, ходить бесшумно.

В комнате сразу стало теплее и теснее.

– Дуся! Дуся пришла! – оживился Копытин.

 – О, у тебя прическа новая? Идет тебе очень!

– Это не сапоги, – проговорила Дуся, разглядывая обгорелую обувь, – это угги. Угги – это такие мягкие…

– Ну, не важно, как это называется, – перебил ее Копытин. – Сапоги, или угги, или даже бот-форты…

– Ну, какие же это ботфорты! – удивилась Дуся. – Никакие это не ботфорты!

– Да не перебивай ты меня! – возмутился эксперт. – Не в том дело, как они называются. Называй их как хочешь.