Под знаком черепа

Из разговоров Олег узнал, что пропавшую женщину пираты увезли с собой на лодке, тому имелось несколько свидетелей. По неточным сведениям, она была француженкой, звали ее Надин Турнель. Почему из всех женщин на корабле пираты выбрали ее, никто не знал.

Услышав такие разговоры, Олег поперхнулся кофе, потому что вспомнил вдруг, как вчера женщина, что выдает себя за его жену, прикуривала от золотой зажигалки с вензелем «NT».

– Ты заранее все задумала! – прошипел он.

– И что? – холодно ответила она.

 – Я уже говорила, что от тебя требуется только помалкивать. Ты закончил? Так идем!

Он побрел за ней покорно, как баран на веревочке, внезапно ему стало все равно – эта баба ли, другая – все они ему осточертели до тошноты, до ломоты в зубах.

Его настоящая жена Надя ничего этого не знала. Сидя в сырой вонючей яме, она вспоминала своего мужа, от души надеясь, что он будет ее искать, бегать по инстанциям, стучаться во все двери, требовать спасательной операции.

Однако душа душой, но здравый смысл подсказывал ей, что простой человек в данной ситуации ничего не сможет сделать.

Если бы пираты похитили жену американского президента или тещу израильского премьер-министра, тогда за дело принялся бы спецназ – «Морские котики» или бравые парни из «Мосада» бесшумно спустились бы с вертолетов прямо на этой вот поляне, постреляли бы немножко и вытащили пленницу. А потом завернули бы в одеяло, дали кружку горячего кофе и рапортовали бы в рацию: «Да, мистер президент. Все о’кей».

Надо реально смотреть на вещи: Надя – обычная женщина, для ее спасения не станут привлекать такие силы. Конечно, нельзя распускаться, Олег будет хлопотать о ней, все же они женаты…

Но того, что происходило с ее мужем на самом деле, Надя и предположить не могла.

Как всегда, в тропиках, быстро темнело. Сверху доносились странные и подозрительные звуки – треск ветвей, завывание, хохот. Должно быть, джунгли жили своей жизнью – ночные хищники вышли на охоту, их жертвы спасались бегством или искали убежище.

Внезапно Надя услышала жуткий, душераздирающий вопль, в котором слились боль и невыносимое страдание. Казалось, какое-то существо расстается с жизнью или переносит чудовищную муку.

– Что это? – вскрикнула Надя и невольно прижалась к своему соседу.

Англичанин был абсолютно спокоен. Приобняв девушку за плечи, он невозмутимо проговорил:

– Не пугайтесь, Надин! Это всего лишь птица-плакальщица.