Причуды графа Дракулы

Подойдя к двери, несколько раз ударил по ней кулаком, плечом, потом ногой. Дверь не поддавалась. Достал из кармана пистолет и вопросительно взглянул на хозяина. Тот помедлил и кивнул. Гена дважды выстрелил в замок.

В замкнутом пространстве звук выстрелов показался оглушительным. Как только пороховой дым рассеялся, Гена снова ударил в дверь плечом, и на этот раз она распахнулась.

За ней был небольшой, совершенно пустой тамбур и еще одна дверь, стальная, явно ведущая на вторую лестницу.

– Ах, ты… – взвизгнул Арнольд.

– Андрэ, держите спину прямее! – донеслось из соседней комнаты. – И руки свободнее…

Ювелир бросился к второй двери, резким рывком распахнул ее. В пустой комнате на полу стоял магнитофон, из динамиков которого доносились неуверенно разыгрываемые гаммы.

Арнольд Иванович завыл.

Он очень часто обманывал других людей, можно сказать, это было его настоящей профессией, и поэтому ему показалось особенно обидным, когда обманули его самого. Обидным и унизительным.

Взяв себя в руки, он в считаные секунды обежал всю квартиру. Естественно, в ней не осталось ни души, более того, все комнаты, кроме тех, через которые его вначале провела хозяйка, были совершенно пустыми.

Охранник, дежуривший на первом этаже, на все его вопросы ответил, что жильцы из шестой квартиры сняли помещение только вчера, заплатили за месяц и еще не перевезли вещи.

Была еще одна зацепка.

Арнольд Иванович позвонил знакомому в ГАИ, точнее – в ГИБДД, и спросил, кому принадлежит двухместный «Мерседес» такой-то номер.

Знакомый внимательно выслушал его, пощелкал клавишами компьютера и сообщил, что интересующий Арнольда «Мерседес» принадлежит жене известного дирижера Пургеева. Арнольд Иванович растерянно поблагодарил, но его знакомый продолжил:

– Машина вчера угнана, так что, если ты знаешь, где она, Пургеев будет тебе очень благодарен и будет присылать тебе контрамарки на все свои концерты…

– Всю жизнь мечтал! – ответил взбешенный ювелир и невежливо прекратил разговор.

В машине водитель, скромный с виду мужчина обаятельной, но незапоминающейся наружности вполголоса сказал зеленоглазой даме с пышными рыжими волосами:

– Умница моя, девочка, все сделала как надо!

– Еще бы! – самодовольно ответила дама и сняла рыжий парик.