Приманка для компьютерной мыши

Женя Малинина пришла к ним работать не молодым специалистом, не зеленой девчонкой. Она успела уже где-то поработать, выйти замуж и родить дочку. Симпатичная молодая женщина, приветливая, улыбчивая, голос негромкий, Надежда сталкивалась с ней нечасто, но они всегда симпатизировали друг другу.

Вдруг прошел слух, что Женя развелась с мужем. Кто-то что-то слышал, а Ленка Бехтерева не поленилась выяснить в бухгалтерии насчет алиментов. «Все точно, – сказала она, – Малинина в разводе, алименты получает большие, потому что бывший муж после развода уехал на заработки на Крайний Север».

Отчего развелись, никто не знал, Женя ловко уходила от ответа на прямые вопросы, Надежда помнит, что как-то даже резко сказала той же Бехтеревой, чтобы оставила человека в покое. Мало ли из-за чего люди разводятся, может, характерами не сошлись. «Тебе виднее», – ответила тогда Бехтерева, намекая на собственный Надеждин развод с первым мужем. Надежда пожала плечами и буркнула, чтобы Ленка не зарекалась, мало ли что в жизни случится.

Не пей, как говорится, из колодца, может, плюнуть придется. И как в воду глядела, примерно через год муж Ленку бросил. Познакомился в участковой поликлинике с медсестрой и ушел к ней в коммунальную квартиру.

– Не на что глядеть! – возмущалась Ленка. – Худосочная, ножки как спички, волосики жиденькие…

– Зато язык не такой длинный! – не выдержала Надежда. – И ядом не сочится.

За что получила ненавидящий взгляд от Ленки и благодарный – от Жени.

Женю тогда отчего-то в отделе просто затравили, Надежда, как уже говорилось, сошлась с ней не слишком близко и так и не поняла, в чем там было дело.

Всем видно было одно: после развода Женя фантастически похорошела и просто расцвела. Глаза ее сияли, волосы лежали пышной волной, походка приобрела плавность. Женя сильно похудела, и, когда шла по коридору, ее талия, затянутая ремешком поверх темного свитера, раздражала даже Надежду. Одевалась Женя вроде бы просто, но все сидело на ней изумительно. Такая метаморфоза, ясное дело, дамскую общественность напрягала.

– Замуж хочет, – шипела не разведенная еще тогда Ленка Бехтерева, – оттого и красуется. Да только зря старается, у нас мужиков свободных нету!

Надежда тогда только рукой махнула – еще не хватало Ленку слушать, но слухи множились, и через некоторое время к Жене прочно прилипла кличка «Невеста». Это случилось после очередного Восьмого марта, когда Женя явилась на работу в белой кофточке с кружевами, которая, надо сказать, очень ей шла.