Проделки небожительницы

Чувствуя, что старик еще что-то скажет, Маркиз молчал.

И оказался прав. Кузьмич снова открыл глаза и протянул:

– Если только…

– Если только – что? – поторопил его Маркиз, не дождавшись продолжения.

– Экий ты торопливый, Маркизушка. – Кузьмич снова начал играть в дряхлого добряка. – Все-то ты спешишь да меня, старика, торопишь… Вот, поспешил с побрякушками, – он ткнул толстым пальцем в колье и подтолкнул его к краю стола, – поспешил, да без толку. А вот если ты одно дело сделаешь для меня, старика… да и не для меня, взаправду, а для очень, очень большого человека, вот тогда и камушки эти несчастные тебе с рук сойдут, и хорошие деньги срубишь.

– Что за дело? – осторожно осведомился Маркиз, обоснованно ожидая от старого барыги какой-нибудь пакости.

– Немцы выставку к нам привезти собираются, – неторопливо начал Кузьмич, вновь откинувшись на спинку кресла, – всякое старье допотопное – черепки глиняные, фигурки разные… несусветной, в общем, древности вещицы.

Так вот, среди этого старья есть одна фигурка… – Старик полез в ящик стола и вытащил оттуда тонкий цветной буклет. – Вот, глянь-ка, голуба!

Маркиз придвинул к себе тонкую книжечку, прочитал:

«Ассирийское наследство. Выставка произведений искусства и материальной культуры древней Ассирии из собрания барона Гагенау. Государственный Эрмитаж».

Ниже стояли даты проведения выставки.

Маркиз перевернул несколько глянцевых страничек.

Крылатые быки, драконы, бородатые боги, высеченные плоскими рельефами на керамических табличках – выразительные, мощные фигуры. Диковинное рогатое чудовище привлекло внимание Маркиза, и он прочел под его изображением:

«Рыбо-козел – символ бога Эйя».

– Надо же – рыбо-козел! – усмехнулся Маркиз, подняв глаза на старика. – Чего только не выдумают!

– Ты, голуба, дальше, дальше посмотри! – с отеческой улыбкой посоветовал Кузьмич.

Маркиз перевернул страницу и обмер. Перед ним была фотография золотой статуэтки. Женщина со звериной головой – головой львицы. Маркиз застыл, у него перехватило дыхание.

– Хороша фигурка? – с ласковой усмешкой спросил старый скупщик, заметив, что Маркиза зацепило.

– Хороша, – неожиданно охрипшим голосом ответил тот.

У него даже закружилась голова, так неожиданно и странно подействовала на него львиноголовая женщина.