Рассмеши дедушку Фрейда

 – Это вопрос жизни и смерти!

Леня вздохнул и согласился, хотя такой поворот дела ему понравился еще меньше. Маркиз очень не любил вопросы жизни и смерти и предпочитал безопасный отъем произведений искусства или драгоценностей.

Ресторан, в котором они с заказчицей условились встретиться, находился в тридцати километрах от города, на самом берегу Финского залива. Леня оставил машину на шоссе и последние двести метров прошел по вьющейся среди сосен тропинке. На вершине песчаной дюны стояло легкое здание из металла и стекла.

Леня сел за столик на открытой террасе, над которой нависал бетонный козырек, надел черные очки, чтобы глаза не слепило солнце, отражающееся от глади залива, и огляделся.

На пляже было малолюдно – море не прогрелось, пляжный сезон пока не начался. Не говоря уже о том, что в этом месте берег был каменистым и не особенно подходил для любителей раннего загара. Только несколько особенно упорных любителей балтийского солнца разлеглись на камнях у самой кромки прибоя, и еще парень в джинсах и бежевой бейсболке выгуливал красивого бежевого ретривера.

Он бросал псу короткую палку, ретривер заходился лаем, мчался за палкой и приносил ее хозяину. Похоже, обоим это нисколько не надоедало.

Возле Лени появился вежливый официант. Леня заказал кофе-эспрессо и продолжил осмотр местности.

Погода была прекрасной, на горизонте виднелись контуры Кронштадта, и можно было различить купол знаменитого собора. Маркиз вспомнил, как его бабушка когда-то говорила об особенно прозрачном чае: «Кронштадт видно».

Ресторан по дневному времени тоже был пуст, только за соседним столиком сидела семья – молодые родители и капризный ребенок лет пяти. Мальчишка то и дело хныкал, чего-то требовал у родителей, в общем, всячески портил им жизнь. Леня хотел пересесть за другой столик, подальше от нарушителя спокойствия, но передумал – с того места, где он сидел, идеально просматривались все подходы к ресторану.

Официант принес чашечку горячего кофе и непременный стакан с холодной водой.

Леня пригубил кофе, откинулся на спинку стула и снова принялся наблюдать за ретривером.

Когда пес принес палку хозяину в четырнадцатый раз, Маркиз взглянул на часы.

Назначенное им время встречи давно уже прошло.

Леня допил кофе и сделал официанту знак принести счет. Ждать сверх условленного времени больше пяти минут он считал недопустимым и сейчас задержался только из-за хорошей погоды и покоя, каким все здесь дышало.