Роковая монета

Но когда появилась надежда, что когда-нибудь и ее романы экранизируют (а вдруг?), ей захотелось хотя бы в лицо знать некоторых актеров.

Мария подошла к столику Елены, села и проговорила:

– Вы ведь Елена, я не ошиблась?

– Не ошиблись. Только я вам честно скажу – про Сикстинскую ровным счетом ничего не знаю. Ну, встречалась с ней, конечно, но и парой слов не перекинулась. И правда – кто она и кто я? Какие у нас могут быть общие темы?

– А меня Сикстинская и не интересует.

– Как? А разве вы не о ней собираетесь писать? Я думала, вы о ней пишете…

– Нет, не о ней.

– Тогда чего вы от меня хотите? – в очередной раз спросила Елена. – Со мной если какие журналисты и разговаривали, так только о ней… Я-то сама кого интересую?

Мария посмотрела на актрису более внимательно и увидела, что для той наступили непростые времена. Сходство с Сикстинской потихоньку сходило на нет, а главное – сама Марина Сикстинская уже пересекла некоторый возрастной рубеж и мало снималась. И то сказать: играть мамашу главного героя или учительницу главной героини ей было явно не по статусу.

Теперь она по большей части была занята в театре, изредка снималась в фильмах и время от времени получала престижные премии, потому как ее всегда отличало безупречное мастерство, которое с возрастом никуда не делось.

Словом, Елене приходилось нелегко, на телестудиях было полно немолодых актрис, и спрос явно превышал предложение.

Мария заказала обычный капучино, Елена – кофе по-ирландски, то есть с ликером.

Само по себе это ни о чем не говорило, и все же в четыре часа дня…

В общем Мария решилась на откровенный разговор.

– Нет, у меня совсем другая тема. Меня интересуете именно вы, а вовсе не Сикстинская. Скажите, вы ведь знали такого человека – Виктора Казакова?

– Казакова… – Елена округлила глаза, как будто заметила за спиной собеседницы привидение. – Виктора… А он жив еще?

Мария ясно видела, что актриса растерялась и потому не смогла вовремя сообразить, как же ей реагировать на вопрос.

Промедлила, а теперь уже не могла от всего откреститься, заявить, что никакого Казакова в жизни не знала, и твердо стоять на своем. А если она, Мария, начнет настаивать, то просто встать и уйти, отговорившись занятостью.

– Так он жив? – повторила вопрос актриса.

– В том-то и дело, что нет. Умер больше года назад и не успел мне кое-что рассказать. Потому я и захотела встретиться с вами, так как он вас упоминал.