Серенада для шефа

Надежда воспрянула духом, во-первых, появился хоть какой-то лучик света, а во-вторых, она была довольна, что симпатичный воспитанный Юра Кравченко оказался ни при чем.

– Но уж теперь точно: если один из этих троих в Физмехе учился, значит, это и есть тот, кого мы ищем.

Они расстались в метро. Бейсик встретил Надежду в прихожей вопрошающим мявом.

– Все, Бейсик, опять мы с тобой одни. А ты, я вижу, не рад? Тебе Сан Саныч понравился? Ну, не горюй, я думаю, мы с тобой еще не раз с ним встретимся.

Зазвонил телефон. Сан Саныч сказал, что все в порядке, все его домашние ушли в гости, а в пятницу, оказывается, опять пришла повестка к следователю. Явка в понедельник. Затем он поинтересовался, как у нее дела, как будто они не расстались всего час назад. Надежда было удивилась, а потом сообразила, что за многолетнюю и, надо думать, благополучную семейную жизнь он так привык заботиться о своих близких, что двух лет одиночества было недостаточно, чтобы отучить его от этой привычки.

– Все хорошо, только Бейсик по тебе скучает.

– А ты?

– Ну, я тоже немножко.

– А я – очень сильно.

«Врет, конечно, – подумала Надежда, – но все равно приятно».

В понедельник с утра в институте появился опер – знакомый Поляковой. Он ходил по коридорам, что-то высматривал, расспрашивал народ о пустяках и вообще вел себя довольно странно. В ответ на поляковские заигрывания с целью получения информации он был нем и глух, и общество решило, что ему, по выражению Пелагеи Никитичны, «начальство сильно хвост накрутило».

Однако Надежде показалось, что молодой человек ходит по институту с какой-то целью. И действительно, Сан Саныч, вернувшись от следователя, рассказал ей, что грозная дама, которая в этот раз была в форме, поэтому зеленых серег не полагалось, разговаривала с ним уже помягче, больше не заостряла внимания на его отношениях с Мариной, а расспрашивала его о Марининых знакомствах, о сотрудниках, с которыми она общалась. В этом Сан Саныч ей помочь никак не мог.

– Хотел я ее к тебе переадресовать, похоже, что они там тоже решили Марининого хахаля искать.

– Ой, что ты, меня уж не впутывай, пусть они там сами разбираются.

– Да что они там найдут, они же не догадаются увольнительные использовать для поисков. Это только тебе в голову пришло.

– Потому что я тут двадцать лет работаю и всю нашу систему знаю изнутри, а постороннему человеку ни за что не догадаться.