Резидент на поводке

Сначала было не до этого, потом как-то совершенно не хотелось, поскольку суши она терпеть не может, а рыба была какая-то неаппетитная. Не стала Лола также красноречиво переводить взгляд на гору грязной посуды в раковине – раз уж Ленька сегодня в таком агрессивном настроении, скандалом делу не поможешь. Тем более что у нее сегодня не все прошло гладко. С заказчиком-то она поговорила, и вроде бы они поняли друг друга, этот ненормальный любитель азалий, кажется, проникся к ней доверием, но вот его преследователя Лола бездарно упустила.

И Маркиз, конечно, не пропустит случая над ней поиздеваться.

Видя, что его подруга молчит и не собирается отлаиваться, Леня решил сменить гнев на милость.

– Ну, рассказывай, как прошла встреча, – ворчливо сказал он, скрываясь за дверцей буфета, чтобы появиться через минуту с пачкой обычных сухих галет в руке.

Бог знает, как они там оказались, – очевидно, Лола купила галеты давным-давно в очередном пароксизме похудения.

Больше в буфете не было ничего, годного к употреблению в сыром виде. Компаньон сердито захрустел галетой и плюхнулся на пуфик, согнав с него песика. Пу И попытался протестовать, но никто и не думал его слушать – Лола была занята выгрузкой продуктов из принесенного пакета, а Леня Маркиз сегодня был в таком состоянии, что занимался только собственной персоной.

– Ленечка, ты, наверно, кушать хочешь? – заискивающе спросила Лола, прикидывая в уме, как бы побыстрее накормить это ненасытное чудовище, ибо в сытом состоянии он будет сонный и добрый и авось не станет сильно ругать за упущенного бомжа.

– Она еще спрашивает! – вскричал Маркиз и сильно закашлялся. – Она еще интересуется! Целый день где-то гуляла – обед приготовить не могла!..

Тут он возмущенно вдохнул воздух и закашлялся, маша руками в том смысле, чтобы Лола видела, до чего она его довела.

«А не надо было с больным горлом галеты сухие жрать, – злобно подумала Лола, – десять минут подождать не может…»

Лицо ее при этом сохраняло самое приветливое и заботливое выражение, ведь не зря Лола была хорошей актрисой, и даже Маркиз признавал за ней настоящий талант – разумеется, в более спокойном состоянии.

Между делом она распотрошила пакет с жареной курицей и вытащила из печки размороженный картофель.

– Опять курица? – возмущенно завел Леня.