Сковорода ближнего боя

– Да ты что, друг? – Незнакомец отшатнулся от машины. – Я вообще не пью! Мне холодильник перевезти нужно!

– Не-е… – Василий Макарович покачал головой. – Я не могу, человека жду… поищи кого-нибудь другого!

– Друг! – Странный мужчина схватился за дверцу «Жигулей», как утопающий за соломинку. – Выручи! Такое дело… вопрос жизни и смерти!

– Говорю тебе – не могу! И вообще, холодильник сюда не поместится…

– Маленький такой холодильник! – ныл незнакомец. – На заднее сиденье запросто влезет! И везти совсем недалеко – на Девятую линию! За двадцать минут управимся, а я тебе пятьсот рублей заплачу!

– Говорю тебе – не могу! – Василий Макарович занервничал: на них уже оглядывались прохожие, а излишнее внимание общественности ему сейчас было совершенно не нужно.

– Друг, умоляю! – Чудак опустился перед машиной на колени. – Выручи! Такое дело… хоть вешайся!

– Да что ж ты так из-за какого-то холодильника себя изводишь? Он того не стоит!

– Не в холодильнике дело, – отозвался странный тип, не вставая с коленей.

– Вот черт, привязался… – пробормотал дядя Вася. – Что с ним сделаешь?

Вокруг уже собирались зеваки.

Рассудив, что Василиса не управится меньше чем за полчаса, Василий Макарович решил, что проще помочь чудаку с его холодильником, чем участвовать и дальше в этом самодеятельном спектакле. Незнакомец явно был самым настоящим классическим занудой, которому легче уступить, чем отказать.

– Ладно, черт с тобой, садись, поехали! – сказал дядя Вася, открывая дверцу.

– Тут, за углом! – Чудак страшно обрадовался и плюхнулся на сиденье рядом с водителем. – Спасибо, друг! Ты меня просто спас! Век тебя не забуду…

– Погоди благодарить… – проворчал дядя Вася, сворачивая за угол. У него возникло чувство, что добром все это не кончится.

– Вот сюда, во двор… – командовал пассажир, – налево, к тому подъезду… к тому, где кустики… ты мне поможешь вынести холодильник?

– Да уж раз поехал – куда я денусь?

Василий Макарович выбрался из машины и следом за странным пассажиром вошел в подъезд.

Лифта в доме, разумеется, не было, а идти пришлось аж на пятый этаж по крутой и грязной лестнице.

«Ну и влип! – обреченно думал Василий Макарович, карабкаясь по ступеням. – Сейчас-то хорошо налегке, а каково будет обратно с холодильником!»

Они подошли к двери, обитой поверх железного листа узкими деревянными рейками, и растрепанный тип вытащил огромную связку ключей.