Сковорода ближнего боя

Сковорода ближнего боя

Наталья Николаевна Александрова

Частный сыщик Василий Куликов

Казалось бы, счастливая семейная жизнь Василисы Селезневой в одночасье дала трещину. Муженек завел любовницу – молодую наглую коллегу по работе. Расставание вышло болезненным, не обошлось и без скандала, но здраво рассудив, что этот козел не стоит ее слез, Василиса начала жизнь с чистого листа. Однако, как поется в одной песне, «и вечный бой, покой нам только снится…». В одно прекрасное утро Василису доставили в отделение полиции, где предъявили обвинение в убийстве стервы-любовницы.

Понимая, что все это чудовищное недоразумение или чей-то злой умысел, госпожа Селезнева полна решимости разобраться в ситуации и оправдать свое честное имя.

Книга также выходила под названием «Кодекс поведения блондинки».

Наталья Александрова

Сковорода ближнего боя

© Н. Александрова, 2016

© ООО «Издательство АСТ», 2016

* * *

Мне снилось, что я каким-то образом оказалась то ли в затерянном мире, описанном Конан Дойлем, то ли в парке юрского периода из одноименного американского фильма: будто я бегу по бескрайней равнине, заросшей густой высокой травой, а за мной гонится огромный и очень злобный тираннозавр.

Он уже почти догнал меня и примеривается, как бы половчее схватить своей страшной пастью, и вдруг, о чудо, прямо передо мной возникает вход в пещеру! Я бросаюсь в спасительную тьму, но тут же спотыкаюсь, скатываюсь куда-то очень глубоко – и вдруг слышу перед собой угрожающее рычание… Неужели я угодила прямиком в логово какого-то доисторического хищника? Пещерного льва или саблезубого тигра?

Я проснулась, но легче от этого мне не стало.

Прямо надо мной нависала огромная, широко распахнутая пасть, полная страшных желтоватых зубов. В первый момент я не видела ничего, кроме этих зубов, но затем разглядела маленькие глазки, горящие, как два раскаленных угля, и огромную звериную морду в крупных складках, словно вышедшую из ночного кошмара или из фильма ужасов…

Чудовищная пасть приблизилась вплотную к моему лицу, из нее раздалось то самое грозное рычание, которое я слышала во сне, – что-то среднее между звуком форсированного мотоциклетного мотора и отдаленной грозой.

Пасть распахнулась еще шире – наверное, при большом желании я целиком могла бы в ней поместиться.