Слеза Бога

«Если Света выбьет мне аванс», – добавила она про себя.

* * *

Иван открыл глаза и недоуменно уставился перед собой. Где он находится? Посмотрел вверх: потолок как потолок, не слишком высокий, не слишком чистый, в углу желтые пятна.

Он потянулся и сел на кровати. Комната была маленькая, и кровать занимала почти все свободное место. Еще в комнате находился встроенный шкаф и простой стол, не покрытый скатертью. На стуле висел его мятый пиджак, на полу валялись брюки.

Иван прислушался к себе и понял, что совершенно не помнит, как здесь оказался.

Он попытался спустить ноги с кровати, но голова вдруг закружилась и все предметы в комнате закружились тоже. Однако от кружения в голове что-то переместилось, сдвинулось, встало на место, и он вспомнил, как сошел с поезда в Петербурге и тетка, удивительно похожая на жабу, сдала ему комнату, надо думать, эту самую. Но почему он не поехал прямо к тете Липе?

Иван посидел еще немного и вспомнил, как ехал от своего города на перекладных, как скрывался от полиции, как его ограбили, как он продал задешево какому-то жулику свои часы и, наконец, с чего все началось – как он вошел в собственную спальню и увидел на кровати свою жену Ирину, мертвую, всю в крови.

Когда он вспомнил, как сидел возле трупа жены, голова перестала кружиться и слабость прошла.

Иван встал и прислушался. В квартире было тихо. Он смутно помнил, как ночью ходил на кухню и какая-то худущая девушка с огромными сердитыми глазами кричала на него и грозилась поварешкой.

Он вышел в прихожую.

Она была небольшой, но места много, потому что висели только старая вешалка, проеденная жучком, и зеркало – дешевое, в пластмассовой раме, да еще стояла полка для обуви.

Вдоль стен на высоте примерно полуметра гвоздями были прибиты веревочки, которые шли до самой кухни. Иван в недоумении пожал плечами и пошел в ванную. В зеркале отразилась жуткая небритая рожа: волосы растрепаны, на щеке глубокая царапина, глаза красные. Да, такую рожу увидишь ночью – заикой станешь.

Иван потянул на себя дверь ванной, но споткнулся о порог, едва не упал и схватился за те веревки. Все мгновенно оторвалось.

– Черт! – Он махнул рукой.

Кран в ванной подтекал, от чего на эмали виднелась отчетливая ржавая полоса. Иван влез в ванну и едва не коснулся головой потолка: с его габаритами ему везде было тесно. Он постоял под горячим душем, намылил голову, поискал мочалку, но на полочке лежали только махровая рукавичка и розовая губочка в виде зайчика.