Священные чудовища

И никогда не возвращаться в это нехорошее место. В самом деле, уж так запрятали эту помойку, вроде и домов-то рядом нету, откуда только мусор берется.

Но с другой стороны, сверток большой, вполне можно найти там что-то нужное. Не в его положении морду воротить.

Михеич потянул посильнее, что-то не пускало сверток. Тогда он дернул что было сил, полиэтилен разорвался…

И Михеичу стало плохо. Потому что это большое и тяжелое оказалось женским телом. Телом без головы.

Вот именно, ноги были, руки тоже, все остальное в наличии, а головы не было.

Михеич почувствовал, как левое плечо и лопатку заломило, как будто схватил их кто-то когтистой лапой и не собирается отпускать. В глазах потемнело, и Михеич опустился прямо в жидкую помоечную грязь.

В это время кто-то пнул его ногой, и сверху послышался хриплый голос:

– Ты, старый пень, чего на чужом месте орудуешь? Отдай чего нашел, здесь я хозяин!

Голос принадлежал гнусному лохматому мужику, от которого несло невообразимой вонью. Уж на что Михеич человек небрезгливый, так и то закашлялся.

Но запах подействовал на него как нашатырь – он малость оклемался.

Снизу Михеичу показалось, что мужик этот огромный, полнеба закрывает.

– Людей зови, – сказал Михеич слабым голосом, – вон, гляди, чего в мусорке было.

– Мама, – сказал мужик басом. Разглядел находку и бросился бежать сломя голову.

Михеич понял, что никто ему не поможет, и попытался встать. Не удалось, ноги по-прежнему не держали. Михеич подумал, что так он и помрет тут, на помойке, когда появились люди – дворник лопотал что-то по-своему, был еще какой-то тип, по виду мелкое начальство.

Из-за угла заворачивала машина с синей мигалкой, как видно, местный бомж не совсем совесть потерял, позвал все же на помощь.

Инга вышла из диспансера и прислушалась к себе.

Все было не так уж плохо, лучше, чем можно было ожидать. Давящий ужас отступил, рука, сжимавшая горло, разжалась. Инга догадалась, в чем дело: она приняла еще одну таблетку, но главное – в кармане лежал целый флакон, и она знала, что в любой момент может принять еще.

Хотя лучше бы этого не делать, пока она может бороться со своими страхами. Пока может бороться с ужасными воспоминаниями той ночи… Той ночи, когда вернулась домой и увидела распахнутую крышку погреба.

Инга снова услышала скрип ступеней под своими ногами, увидела подвал, освещенный неровным светом свечей, и мертвое лицо сестры.

Перед глазами снова заклубился черный мрак.