Свидетели живут недолго

Выйдя из метро, она отыскала глазами его синюю «девятку». Он был бледен и улыбнулся ей болезненной улыбкой.

– Ты нездоров?

– Да нет, просто я ведь с похорон, из крематория.

– Ох, я совсем забыла. – Лена сморщилась, а он погладил ее по руке.

– Не думай об этом, поехали.

В квартире было тихо, пусто и пыльно. Они разделись, прошли в комнату, он завел какой-то пустой разговор, потом поцеловал ее, но отвернулся.

– Нет, не могу, настроения нет, все похороны в голове. Думал, отвлекусь, но нет.

Пойдем кофе выпьем.

Лена заварила кофе на кухне, он вышел в коридор и вернулся с бутылкой коньяку. Лена удивилась:

– Зачем это? Ты за рулем, а я вообще коньяк не пью.

Но он так смотрел на нее, так упрашивал, что она согласилась. Разлив коньяк по рюмкам, он неловко повернулся. Чашка опрокинулась, кофе разлился на стол. Что это с ним сегодня? Лена вскочила, вытерла стол, налила новый кофе, они выпили. Леонид Петрович сказал, что коньяк хороший.

Лена из вежливости согласилась, хотя коньяк был горький и ей совсем не понравился. Она вымыла посуду, думая, что сейчас они пойдут в комнату и займутся тем, для чего они сюда пришли, хотя в голове шумело и желания особенного она не испытывала. Но Леонид Петрович посмотрел на часы и вдруг заторопился. Лена удивилась, но ничего не сказала. Она сама засобиралась за сыном в садик.

Синицкий подвез ее к садику с другой стороны, не там, где Алька гулял с группой. Лена подошла к воротам, но воспитательница крикнула ей, что Альку уже забрали.

Лена нагнала свекровь с сыном у дома. Она запыхалась, перед глазами бежали красные полосы.

– Ты где это шляешься? – Свекровь не стеснялась ни Альки, ни бабушек на лавочке у парадной.

Лена молча взяла Альку за руку и пошла к лифту. Дома свекровь гремела посудой на кухне, потом пришла доругиваться.

– Я тебя спрашиваю: ты где пропадала? За сыном вовремя прийти не могла, ребенок должен до ночи там сидеть, если я не приду!

Лена молча смотрела на свекровь, в ушах стоял звон, голова болела, голос свекрови временами пропадал, видно было только ее раскрытый рот с металлической коронкой сбоку, и от этого было еще страшнее.

Лена вдруг представила, что она всю жизнь будет вот так стоять каждый вечер и слушать крик свекрови, та ведь никогда не болеет, очень редко уходит из дома и, судя по всему, переживет не только ее, Лену, но и Альку.