Тайна Голубиной книги

– Да, книги… точнее – Книги, Книги с большой буквы! Так вот, сестра Розамунда узнала, что скоро завершится жизненный путь того, кто стоит между нами и этой Книгой!

– Библиотекаря? – переспросила женщина с оттенком страха и неприязни.

– Последнего из библиотекарей, – подтвердил бритоголовый. – Таким образом, у нас появляется шанс выполнить свое предназначение и приблизить Его приход.

– Что я должна для этого сделать?

Бритоголовый подошел к женщине очень близко и заговорил хриплым шепотом, перебирая четки.

– Ну вот, Илья Васильевич, курс и закончился! – Лариса говорила преувеличенно жизнерадостным голосом, каким всегда разговаривают с больными платные медсестры. – Теперь вы взбодритесь, станете выходить на улицу… Сейчас погода хорошая, лето только кончилось, будете гулять в парке…

Между делом она собирала свои вещи, убирала стетоскоп и бутылочку со спиртом, аккуратно собрала в пакет использованные шприцы и осколки ампул.

– Думаете, встану? – спросил старик серьезно и посмотрел вдруг прозрачными глазами прямо Ларисе в душу.

Она осеклась на полуслове и отвернулась, чтобы он ничего не смог прочитать по ее лицу. Слаб старичок, она-то видит. Вряд ли ему уколы помогут. Оттянут только то, что должно произойти вскорости.

– Привык к вам, Ларочка, – сказал Илья Васильевич грустно, – жалко вас отпускать.

– Я тоже… – Лариса улыбнулась и пошла на кухню, чтобы выбросить мусор.

В самом деле ей тоже жаль старика, он совсем одинокий, сидит в своей квартире, приходит к нему только соседка – тоже не первой молодости, она убирает и готовит немудреную еду.

Старик не злобный, довольно опрятный, не пахнет от него нищей старостью и запустением. И хоть обстановка в квартире бедная, стариковская, какие-то деньги у Ильи Васильевича явно имеются, раз платные уколы может себе позволить. Впрочем, Лариса берет по-божески.

Старик полусидел на диване, потирая левую сторону груди.

– Вам плохо? – встревожилась Лариса. – После укола сразу вставать нельзя, полежите!

– Да я и так все лежу, – вздохнул он, – Ларочка, детка, подойдите ближе.

Лариса нехотя сделала шаг. Старикан-то не промах, как полегчает ему – сразу начинает болтать, хвастаться, какой имел успех у женщин в те незапамятные времена, когда у нас Деникина разбили. Ларису по ручке поглаживает, а один раз даже по попе шлепнул. Она сделала вид, что не заметила – не скандалить же с больным человеком.

Но сегодня старик не такой, как всегда. Выглядит усталым, никакой бравады.