Теща Франкенштейна

И тут впереди, метрах в десяти от лестницы, он заметил мелькнувший свет. Наверное, воришка, спустившись по лестнице, затаился в темноте, а теперь, немного переждав, включил ненадолго свой фонарик, чтобы осветить участок дороги перед собой.

– Стой! – закричал дядя Вася, не сдержав своего профессионального инстинкта, и бросился на огонек. – Стой, стрелять буду!

Конечно, стрелять ему было не из чего, но подозреваемый-то этого не знает!

Однако беглец и не подумал остановиться. Видимо, он рассудил, что в темноте попасть в него практически невозможно.

Василий Макарович, вспомнив свое боевое прошлое, бежал, что было сил, освещая дорогу перед собой фонариком, однако возраст давал себя знать: расстояние между ним и беглецом неуклонно увеличивалось.

Местами каменный пол подземелья был залит водой, из темноты то и дело доносился писк, и в тусклом луче фонаря мелькали, разбегаясь в разные стороны, десятки крыс.

Через несколько минут Василий Макарович уже начал терять надежду и хотел прекратить преследование, но в это время впереди послышался глухой звук падения, крик боли и поток ругательств: видимо, беглец споткнулся в темноте и упал.

Дядя Вася приободрился и снова прибавил шагу.

Беглец поднялся и опять припустил вперед, но теперь его шаги звучали неровно, должно быть, он подвернул ногу или разбил колено и теперь заметно хромал, так что шансы выровнялись.

Но и Василий Макарович начал уставать: он дышал тяжело и прерывисто, сердце колотилось где-то в неподобающем месте.

Неожиданно туннель перед ним раздвоился, один коридор шел в прежнем направлении, другой свернул под прямым углом вправо. Судя по доносящемуся издалека звуку шагов, беглец свернул в правый коридор, и дядя Вася последовал за ним. Однако за первой развилкой последовала вторая и третья, и через полчаса Василий Макарович уже совершенно утратил направление. Если бы теперь он захотел прекратить преследование, он уже просто не смог бы выбраться из подземелья да и вообще вернуться в магазин.

Так что теперь ему оставалось только следовать за невидимым беглецом, надеясь, что тот куда-то приведет его…

К счастью, тот шел теперь гораздо медленнее, видимо, тоже устал или потерял направление.

Дядя Вася попытался снова воззвать к его разуму:

– Стой, парень! Ну, куда ты убегаешь? Заблудишься же!

Но беглец и на этот раз ничего не ответил, только чертыхнулся, видимо, задев ушибленное колено.