Тренажер для трех граций

– Ирка, ты не сердись, сама не знаю, что на меня нашло после того, как покойника увидела, – жалобно заговорила Катя, – чувствую, что не то в милиции говорю, а остановиться никак не могу.

Ирина молча направилась к ближайшей станции метро. Катька, как собачонка, трусила следом.

В окнах Ирининой квартиры горел свет – стало быть, дочка наконец явилась домой. Наташка крикнула из своей комнаты, что ела и что с Яшей погуляла – он очень просил.

– Ирка, – сказала Катя, умывшись и наскоро расчесав волосы, – ты только не волнуйся, но я должна тебе что-то показать.

Сегодня на Катерине была ее любимая одежда – свободные брюки, а сверху свободный же свитер. Катька пребывала в заблуждении, свойственном всем полным женщинам – якобы лишние килограммы можно скрыть под свободной одеждой. Брюки были серые, немаркие и немнущиеся, а свитер в разноцветных ромбах.

Ромбов на взгляд Ирины было многовато, но спорить с Катериной на тему одежды было очень трудно. Сейчас она запустила обе руки под свитер, что-то сосредоточенно там разыскивая.

Катька явно что-то искала. И вот, когда Ирина уже почти уверилась, что Катька подхватила в милицейском «обезьяннике» блох, и вспоминала, остался ли у нее специальный собачий шампунь, в котором следует срочно выкупать коккера, Катерина с торжествующим сопеньем вытащила откуда-то изнутри довольно большой белый конверт.

– Вот! – отдуваясь, сообщила она.

– Что это? – спросила Ирина, в душе зная уже ответ.

– Ты только не ругайся сразу, – пролепетала Катя, – Ирка, это я взяла у того типа в туалете…

Понимаешь, я когда увидела его там, на полу, в глазах потемнело, а потом смотрю – конверт валяется. Я схватила его совершенно машинально и выскочила наружу. А потом женщина закричала, менты приехали, у меня абсолютно все из головы вылетело. Они такие противные, сразу стали к нам придираться. А уж когда в отделение привезли, я решила конверт не отдавать, потому что они тогда точно на нас бы подумали.

– Да ты понимаешь… ты понимаешь, Катька, что ты устроила? Ведь теперь получается, что ты его ограбила! Это ведь те деньги, которые ему перед смертью передала женщина, с которой он сидел… Главное, я только что сказала про эти деньги капитану, и он прямо сказал, что это основной мотив! В общем, кто деньги взял, тот и человека этого убил! А деньги – у тебя!

– Но я его не убивала! – Катя, только что веселившаяся, готова была горько зарыдать.