Три курицы на Плющихе

Выходит, и Стасик, и Марина, и дежурный в хранилище – все в заговоре против нее?

Жанна в задумчивости спустилась по ступеням и подошла к своему «Мерседесу».

Его покатый корпус и изумительная серебристая окраска всегда прибавляли ей бодрости. Но сегодня она уже не способна была ничему радоваться.

Через полчаса Жанна была дома.

Заперла за собой дверь, достала из бара коньяк «Ахтамар» производства ереванского завода и налила полстакана.

Прекрасный коньяк лился как вода – не доставлял удовольствия и не снимал напряжения.

Жанна, не раздеваясь, легла на диван, подложила руки под голову и уставилась в потолок.

Никаких мыслей не было, никаких надежд не осталось.

Ее хорошо организованная, осмысленная жизнь закончилась.

Начался кошмар.

Хоть сколько-нибудь разумного объяснения происходящему подобрать она не могла.

Коньяк дошел до желудка, но вместо того чтобы успокоить и согреть живительным теплом, вызвал только мучительный спазм.

В это время на столике рядом с диваном зазвонил телефон.

– Меня нет, – громко сказала Жанна.

Словно послушно повторяя за ней, включился автоответчик и протараторил:

– Вы позвонили по такому-то телефону. Меня сейчас нет дома. Если вы хотите передать что-нибудь полезное или приятное, дождитесь сиг- нала.

– Жанка, мы же с тобой договаривались! – Механический монолог прервал энергичный голос Катерины. – Ты что, забыла? На работе тебя нет, мобильник отключен…

Жанна протянула руку и взяла трубку. Хотелось наконец услышать хоть чей-то живой голос.

Оставаться наедине со своими мыслями было невыно- симо.

– Катька, – прошептала она едва слышно.

– Так ты дома! – обрадовалась та. – А что же твой автоответчик врет? Слушай, ты не забыла, что мы собирались подобрать Ирке мужичка?

– Катька, – повторила Жанна, – я не могу…

– Ты что, заболела? – всполошилась Катерина. – У тебя такой голос, такой голос, что только фильмы из жизни покойников озвучивать!

– Я не заболела. – Жанна попыталась приподняться с дивана, но комната плыла перед глазами, как будто она каталась на карусели.

 – Нет, я не заболела, но у меня неприятности. Ох, Катька, очень большие неприятности.

Катерина посерьезнела.

– Я сейчас приеду, – безапелляционно заявила она. – Никуда не уходи!

– Да незачем тебе приезжать! – Жанна всерьез разозлилась. – Чем ты можешь помочь?

– Никуда не уходи, слышишь? – Катерина бросила трубку.

О том, чтобы куда-нибудь уйти, не было и речи: Жанна не могла даже подняться с дивана.